Но зачем? Чего ради?
Вдалеке послышались нарастающие звуки сирены, кто-то торопился спасти кому-то жизнь. И впрямь, через секунду по проспекту промчалась машина с крестом на боку. Пускай успеют. Пускай кто-то на Новый Год получит самый лучший подарок - второй шанс.
Суета на улице не прекращалось и это сильно резонировало с пустотой в моей голове. Никаких мыслей. Никаких разборов и стратегий, просто вакуум.
Я дышала, как меня учил психолог во время панических атак. Три мелких вдоха и столько же глубоких выдохов.
Вот так, Соня. Вот так. Сердце билось медленно и ровно, потому что мне больше не страшно встречаться с призраками из прошлого.
Еще один вдох. И выдох."
"Дверь за моей спиной распахнулась и из здания вышла Люба. Я поняла это по ее парфюму. По смутному ощущению тревоги, скрутившей мне кишки. Дышать. Надо просто дышать.
Люба встала рядом, почти на одной линии со мной. В белом платье. В бежевом пальто. Голова покрыта палантином небесного цвета, так, словно передо мной не женщина, а Мадонна с картины.
Тонкая, усыпанная кольцами рука, потянулась в сумочку и достала сигареты. Какие-то неправильные, не женские с фруктовым привкусом и не модные среди подростков электронки, а самые обыкновенные.
Огонек несколько раз тух, прежде чем она успевала прикурить. Я смотрела за этими мучениями, а потом поднесла ладони к ее рту, защищая зажигалку от ветра.
Люба перевела на меня удивленный взгляд. Кивнула, в знак благодарности. Я кивнула в ответ.
Мы с ней как-будто играли в игру: кто первым заговорит.
Правила простые. Сказал слово и проиграл.
Потому что слабак. Потому что несчастен. Потому что сделал чудовищную ошибку, о которой жалеешь.
Я отвернулась и снова стала следить за опустевшей дорогой. Рядом дымила сигаретой она - мой злейший враг и вместе с тем случайное недоразумение, которого вообще не должно было случиться.
Хотелось ли мне спросить ее о чем-то? О да! Но я бы не позволила себе и рта открыть, прекрасно помня о негласных правилах нашей игры.
Молчи, Соня. Молчи и ты победишь.
Боковым зрением я видела, как дотлевала первая сигарета и как она от нее же прикурила вторую. Раньше у Фроловой не было такой дурной привычки. Кто знает, может так сказываются последствия счастливого брака с моим бывшим?
Вопросы о нем просто жгли язык. Разные. Язвительные и острые, уничижительные и даже грубые. Любые. С момента развода мы с Титовым говорили только раз. И это был плохой разговор.
