Стюардесса не уходит, ждет, когда защелкну замок. Бесит иной раз, но правила есть правила. Девочка не виновата, что обязана напоминать идиотам пассажирам о безопасности.
— Уже выполняю, — посылаю ей нейтральную улыбку. — Видите? Готово.
— Спасибо, — также вежливо улыбается и переходит к следующему пассажиру. Может это ее первый полет, что каждого отслеживает? — Будьте добры…
Ирина не полетела со мной. Тихо, но твердо заявила о своей позиции. Бросить все не может и поверить тоже не может. Я принял. Разве у меня был выбор? Это на работе я вседержитель, а перед собственной женщиной пыль под ногами.
Что могу ей предъявить? Я могу только просить. Ждать.
В глубине душе держал кулаки, что Варя окажет негасимое действие, но Ира быстро задвину ее в сторону и наобещала с три короба. Все еще мстила, но я стерплю и это. Пусть ковыряет рану, если ей так легче. Без проблем. Я готов кожу с себя снять, если Ирише понадобится.
— Я буду ждать, родная. Как надумаешь, сообщи.
— Дай мне время, Андрей.
— Сколько хочешь. Ирин, хочу спросить.
— М?
— Пойдешь за меня снова?
— Андрей!
Не согласилась. Везу кольцо назад. Отбрасываю крышку футляра и жмурюсь от сверкающего блеска. Ей бы подошло. Хотя размер может уже велик, судя по тому, что она высохла как селедка. Но это не проблема. Куплю еще.
— Красота! — восхищенный голос вырывает из грез.
Захлопываю коробку, прячу во внутренний карман, немного смущаясь что запалили за столь интимным делом. Через проход тянется седой дед и с характерным акцентом спрашивает.
— Она таки согласилась?
— Нет.
Сказала, что не готова.
— Ой, молодой человек, поверьте старому Мойше, она таки согласится!
Он хитро прячет улыбку, зарываясь в поднятый ворот пиджака и кивает еще раз. Мне кажется или он знает все о жизни? Мудрость веков запрятана в его взгляде, а может просто хочется верить в его слова.
— Буду ждать.
— Да-да! И очень скоро.
— Спасибо.
— Не за что, молодой человек. Судьба странная штука. Не каждый знает пути, где идет. Да-да! Главное понять, что сердцу важнее.
Сердце, молодой человек, — поднимает указательный палец вверх, — оно приведет домой. Да-да…
Вслушиваюсь в странные непонятные бормотания, с интересом внимаю, но неожиданно старик отрубается. Он спит. Я все еще плаваю в смысле его слов, пытаюсь постигнуть зашифрованную очевидную истину.
Все просто. Мой дом — она. И всегда им была. Только вот я оказался неказистым спутником, отчего и разошлись как в море корабли. Путь был долгим, штормовым. Он разбил корабль в щепы.
