Что ж. У меня осталось последнее оружие.
— Я отберу у тебя дочь.
Поднимаюсь из-за стола, но Ира не дает выпрямится. Ногти с силой впиваются в руку, показываются красные капли. Еще немного и вцепится мне в горло.
Глава 30
— Сэм, я уезжаю!
Врываюсь в дом и мигом взлетев на второй этаж, начинаю набивать чемодан вещами.
Лихорадочно комком набиваю, не успев заполнить один, бросаюсь к другому. Наплевать на все. Продам квартиру, дачу и соберу все деньги, что есть. Не хочу больше никого знать и видеть. Достали сволочи.
Сегодня окончательно поняла, Ковалёв в покое не оставит. Будет преследовать и шантажировать дальше. Понимаю, что ни какой суд в мире не поможет ему, четко осознаю, но находиться в условиях неизвестности не собираюсь. Я хочу одного — покоя.
Могу я хоть один раз в жизни потерять самообладание и исчезнуть? Мне они надоели. Все!
— Ирин, ты куда?
— Увольняюсь и уезжаю, — продолжаю комкать вещи. — Слепой? Не видишь?
— Подожди. Давай поговорим.
— Я устала разговаривать, Семён, — придушено ору, боясь разбудить дочь.
— Вы каждый свое отмораживаете, забыв обо мне.
— Ты с Ковалевым виделась, что ли? — догадывается он.
В третий чемодан аккуратно ложатся вещи Вари. Останавливаюсь и заглядываю в документы. Визы для нас уже готовы, паспорта тоже, а значит терять время не стоит. Да, я их сделала на всякий случай, но не знала, что этот случай будет таким скорым и быстрым. Собиралась воспользоваться запасным путем позже, а тут такое.
Хочу тишины, хочу спокойствия, надоели качели, надоело, что делят меня, как ценный приз.
Пусть провалятся со своей заботой. Резюме отправлено давно и меня одобрили гидом. Думаю, что и сейчас возьмут, потому что с русскоговорящими экскурсоводами там не очень хорошо. А если нет, то найду что-то. И к черту всех! Поживем с Варюшей в Танзании.
— Виделась, — киваю Сэму. — Выслушай меня. Присядь, пожалуйста.
— Ир, не пыли, — предупреждает Семенов. — Подумай сто раз, у тебя жизнь только налаживаться начала.
— Сэм, она и не думала налаживаться. Знаешь, что такое выгорание? — бросаю сборы и присаживаюсь рядом.
— Ты не думай, я не неблагодарная. Ценю, что ты для меня сделал, но и ты пойми. Ваша осада попортила все нервы. То, что поддерживаешь, я… Спасибо. Но больше не могу. Дай мне уехать, Семочка. Ни о чем не попрошу больше. Мне нужно продать все в кратчайшие сроки. Помоги в последний раз, прошу тебя.
— Куда ты? — глухо говорит, глядя в сторону.
Опаляет жалость. Но!
Я правда устала кого-то жалеть, кроме себя.
