Развод по-драконьи

— обвел взглядом кабинет и повысил голос: — Кто помнит чертово правило?!

Солдаты на полу затихли, прикидываясь ветошью, драдер у стены предсказуемо зазеленел. Анхард перевел тяжелый взгляд на меня, и я вдруг поняла, зачем он оставил меня наедине с кучей озлобленных солдат. Я была частью его будущей репутации. Инструментом, не более.

— Правило гласит, что с первой секунды войны солдат подчиняется командору, — сказала я тихо.

Анхард одобрительно кивнул и не отводя взгляд ответил:

— С этой секунды вейра Эль становится моим адъютантом.

9. Не такая, как все

Первый месяц прошел для меня относительно просто. Даже не так. Он был настолько легок, что даже для бывшей принцессы перенести его оказалось проще простого.

Анхард наивно решил, что бумажная работа — это специальный ад для дракониров, и скинул всю волокиту на меня. Лучшего я и пожелать не могла.

Недели не прошло, как я наладила обмен письмами внутри Ленхарда, решив, что залог успеха, не срочность, а регулярность, и начала бомбардировку официальными запросами в столичный военный комплекс.

Мне писали, что количество боевых амулетов на крыло ограничено вследствие нарушения сроков производства. Не подкопаешься. Никто же не виноват, что амулеты поступили спустя день после отправки поставки в Ленхард. День назад они были, а теперь их уже нет, амулеты направили на другие нужды, раз уж поставка пропущена.

В ответ я терпеливо писала, что количество раненных в последней атаке увеличилось вдвое, поэтому нам нужны «цельтельский сон», «увеличение жизненных сил» и прочие амулеты, заряженные на лечение.

В ответ мне пришло скорбное и полное сожалений письмо, что они бы с радостью выслали нам всего и много, но, согласно военному положению, на одного раненного приходится три «сна», два «восстановления» и всего одно «заживление глубоких ран».

Ха! Не на ту напали!

Не будь дурой, я расписала им смету на одного раненного, а после… завысила количество раненных вчетверо. Ну кто проверит, что я наврала? Ни один столичный проверяющий не сунет свой глянцевый нос в военный Ленхард.

Следующее письмо было уже не таким снисходительным. Некто, вейр Вирз, уполномоченный по седьмому крылу, в жестких выражениях сообщил, что не будет нам никакого «целительского сна» в таких безумных количествах.