Развод по-драконьи

И не года не прошло, как тот оказался в Ленхарде. Как и большинство неугодных антов его отправили на передовую под предлогом так называемой «защиты чести». Всякий род по желанию мог выделить одного из сыновей для поднятия престижа семьи, и мало какой род не воспользовался этим, чтобы избавиться от талантливого анта, угрожающего престижу наследника рода.

В любом случае, наша маленькая компания никому не мешала, а дракониры не делали поползновений в сторону моей улитки. Казалось, что они даже забыли о ней.

Правда, улитка все время ныла мне в ухо, что она не вынесет их любви, она слишком роковая для улитки, у нее, между прочим, уже есть возлюбленный.

Иногда к нашей маленькой компании присоединялись вейр Ранаш, занявший лидирующее положении при командоре, и Иза. Изу по-прежнему опасались, считая ее предвестником несчастий, как-будто в Ленхарде этих несчастий можно было избежать. Но за нашим столом, она была неприкосновенна. Мы словно нащупали хрупкий баланс между ужасающей реальностью и редкими мирскими радостями: хороший обед, спокойные полчаса наедине с книгой, ничего не значащая беседа о погоде, артефактах, старых дворцовых сплетнях.

Конечно, это не могло продолжаться долго.

— Сегодня обещают жару, — Мильт откинулся на стуле, грустно уставив поэтические очи в потолок. — Сваримся заживо. Если мы с Кантошем не придем на ужин, вейра Эль, ищите нас в супе.

На скуле у него наливался лиловый синяк, и он берег левую руку, но все мы делали вид, что этого не замечаем.

Жалеть солдата — все равно, что разить его мечом. У каждого из нас было свое большое горе, и каждый должен был справиться с ним самостоятельно.

— Да, бой не будет легким, — обронил Атоль.

Сжав вилку покрепче, я примирительно улыбнулась.

— Зато завтра обещают чудесную погоду. Я перехватила пару климатических сводок, и центр рекомендует после обеда посетить пляж, а вечером совершить променад по набережной.

Иза мечтательно застонала прямо с набитым ртом.

Я тоже, но мысленно. Ах, покинуть эти угрюмые каменные стены, пропахшие кровью, болью, плесенью, вдохнуть свежий воздух лесов, окунуться в холодный пруд…

— Нужно иметь смелость говорить о погоде и звать на пляж мужиков, которые завтра умрут.

Передо мной набычившись стояла Кайне. Вертикальный зрачок и блеклая чешуя, накрывшая лоб и щеки давали понять, что боевая драконица в ярости.

«Проклятая стерва, — резюмировала улитка. — Такую мечту запорола».