А я стояла и пыталась примириться с новой реальностью. У меня в этом мире есть муж. Он ненавидит меня. И есть за что. А ещё… у меня нет метки.
Мы в браке десять лет и это просто кошмар. А еще я до сих пор не знаю как его зовут.
Я быстро вышла из ступора.
Пора было собираться и сушиться.
А то снова влетит и вытащит в чём мать родила.
Что же мне делать? А брак можно расторгнуть? Он ведь явно несчастливый?..
Мне срочно нужны законы этого мира.
Возник закономерный вопрос: если дракон меня ненавидит, почему раньше со мной не развёлся?
Надела на себя самое простое платье, что нашла в гардеробе.
Оно было бежевого цвета и длинной в пол. Красивый, но мягкий корсет, летящая шифоновая юбка.
Я долго блуждала по коридорам. Все двери казались одинаковыми, а у каждой — золотые ручки, одинаковые картины, хищники на гобеленах и мрамор под ногами.
Спустилась на первый этаж и начала блуждать там. Свернула в левый от лестницы коридор и там в конце обнаружила массивную тёмную дверь.
Внизу полотна была полоска света.
Я подняла руку, чтобы постучать, но… замерла.
Из-за двери доносились голоса. Один — женский, незнакомый мне. Другой — моего мужа."
"— Как ты можешь, Аданат?! Как ты можешь терпеть эту тварь?! Посмотри, что она сделала с моим Вильямом! Он чуть было не умер в лесу. Его еле спасли. Если бы гвардейцы не нашли его вовремя… — женщина кричала, у неё была истерика.
Я бы предложила ей стакан воды. Или, лучше, чего покрепче.
Но чёрт с этим. В голове вспыхнуло главное: эта самая Лилит точно наточит на меня зуб.
И Вильям… не мой ребёнок.
Господи, прости… но слава богу!
Потому что я совершенно не знала, что бы делала, если бы у меня был ребёнок. Я тут сама на птичьих правах. Если раскроют — изгонят мою душу. А брать на себя ответственность за малыша — я просто не готова. Я ее за себя пока не могу взять. Я совершенно не знаю этот мир.
Пытаюсь выяснить все по крупицам, но пока всё, что я понимаю, — меня ужасает и пугает. Это опасный незнакомый мне мир.
Это не значит, что я не хотела детей.
Хотела. Ещё как.
И мне уже пора было — двадцать восемь лет, как-никак.
Но в моём мире с личной жизнью не заладилось. Сначала много училась, потом много работала… А потом — просто рано умерла.
— Лилит, успокойся. С Вильямом всё в порядке, — голос Аданата звучал строго, но всё равно мягче, чем он говорил со мной.
И стало немного обидно. А еще я отметила, что имя у генерал такое же сильное, как и он сам. Оно ему подходило.
Я снова прислушалась:
— Мы нашли его.
