Как напрягаются мышцы у него на шее и каменеют грудные пластины. Как сердце бьётся в унисон с моим.
А потом он целует меня. Не спеша. Словно пробуя. Не торопясь, будто давая мне возможность отступить.
Но я не отступила.
Я тянулась к нему, желая углубить поцелуй."
"Губы были тёплые, мягкие, обветренные. Он прикасался ко мне так, словно я была чем-то бесконечно хрупким, чем-то, чего нельзя терять.
Постепенно нежность сменилась страстью. Стонами. Криками. Рычанием. И… взрывом сверхновой звезды.
Я распахнула глаза.
Метка на бедре жгла, но терпимо. Я накрыла ее ладошкой и сжала. Было ощущение, что я посмотрела сон о сне.
Сердце бешено колотилось, словно тот самый незнакомец мне приснился — и сейчас.
Но нет.
Это всё было похоже на то, что я... забывала, а сейчас вспомнила. Ведь каждый раз после таких редких, но горячих снов я ничего толком не помнила.
Только послевкусие.
И белоснежные волосы.
И знание, что у моего мужчины из грёз — татуировка на груди.
Это были самые яркие эротические сны в моей жизни.
Я всё списывала на отсутствие постоянных отношений.
Но… сейчас, почему-то, я вспомнила всё.
Кончики пальцев горели. Я… помнила, как водила руками по мощным, литым мышцам и татуировке. Чувствовала, как обвожу контур рисунка.
Лишь однажды мне показалось, что это была большая хищная птица, только вот теперь… у меня было другое мнение: это был дракон.
Уснуть больше не смогла. Почему-то всё, что происходило со мной, эти белоснежные волосы, эта литая грудь и татуировка дракона — всё это складывалось в один образ.
Мне в голову приходил только Аданат.
Но как такое возможно? Мистика какая-то.
Я приняла душ, переоделась в новые удобные узкие брюки надела бежевую рубашку и кожаный пояс под грудь. Спустилась со второго этажа, пошла жарить сырники, заготовку для которых сделала с вечера.
Но я никак не могла отделаться от мысли, что этот мужчина во сне — был бывшим мужем Ириды.
Метка на бедре продолжала жечь, она не исчезала, но и не завершилась до конца.
Признаться, я испугалась. Я совершенно не понимала, что происходит.
Пока лепила круглые сырники, пыталась вспомнить — когда впервые мне приснился подобный сон.
И вспомнила… что это было примерно десять лет назад.
Мне тогда исполнилось восемнадцать. И как раз через месяц после дня рождения — впервые приснился… он.
Я помню, как меня во сне кто-то поцеловал. Где-то в храме.
Я была так ошеломлена нереальностью происходящего, что больше ничего не запомнила.
