Ну мало ли? Мышка…
У меня дыхание застряло в горле, сердце колотилось так, будто хотело вырваться наружу. Вокруг было слишком тихо. Нереально, пугающе тихо. А потом где-то позади снова хрустнула ветка. Это точно не мышка!
Я бросилась бежать, не разбирая дороги. Ветка хлестнула по щеке, боль была резкой, я запнулась, поскользнулась на влажном мху, оступилась — и с глухим звуком ударилась коленом о поваленный ствол.
Я встала, не обращая на боль и кровь, что стекала по щеке. Но в темноте вдруг что-то мелькнуло.
Прямо передо мной, будто из ниоткуда, вынырнул силуэт.
Человек.
Он выскочил внезапно, слишком близко.
Я закричала — громко, пронзительно, почти на ультразвуке.
— А-а-а-а!
Резко отшатнулась назад, не успела удержать равновесие — и снова упала.
Спиной ударилась о сучья и корни. Я вскрикнула ещё раз, но больше от неожиданности, чем от боли.
Несколько секунд просто лежала, тяжело дыша, пытаясь прийти в себя.
Передо мной стоял мужчина.
Высокий, в тёмной одежде, с лицом, скрытым в полумраке.
Моё сердце колотилось, но я почти… почти обрадовалась.
Это был человек. Не зверь, не чудовище.
Я уже хотела что-то сказать, открыть рот, когда вдруг… заметила.
Лицо мужчины казалось слишком нереальным. Словно высеченным из камня. Ни одной эмоции. Ни одного живого движения.
Кожа — пугающе бледная, как у статуи.
И тогда я посмотрела ему в глаза. И чем дольше смотрела, тем больше замечала то, чего просто не должно быть у нормального человека. На дне его глаз разгоралось пламя.
Красная едва заметная точка. А потом и вовсе и из глаз повалил черный дым. Он извивался, как змея, медленно растекался в воздухе. Он был густой, плотный и… живой.
Это как вообще?
Я оцепенела.
А потом, наконец, смогла закричать.
— А-а-а-а! Что ты такое?! Не подходи ко мне!
Я попятилась назад, скользя по мху и веткам, не отрывая от него глаз.
Страх захлестнул меня волной.
Это был не человек.
Но тут на мой крик прибежал еще один мужчина. И кажется его форму я узнала, он был одним из тех кому генерал отдавал приказы.
— Леди, что с вами?
— Он… у него… глаза…— заикалась я. — … горят…
Но не успела договорить, как этот с красными глазами бросился на него. Зарычал, как обезумевший.
Мой защитник ловко ушёл от выпада и занёс свой клинок. И он бы его точно продырявил, если бы, словно из ниоткуда, глазастому не пришла помощь.
Тот метнулся, словно тень, и в следующий миг клинок вонзился в бок тому, кто пытался меня защитить.
