Глава 39
Пришло понимание: дар, о котором говорила незнакомка — это видеть хаоситов.
А значит, она и правда была богиней. Невестой Хаоса, как она сказала.
Тьма…
Я не рассчитывал все это узнать, когда проверял анонимное письмо. Но теперь чётко осознавал — это изменит ход битвы.
Я приказал дракону не сопротивляться и принять тот дар, что нам дали. И дракон отозвался. Прекратил выжигать магией чужеродную силу. Боль отступила, как волна, откатившаяся от берега.
Я размял шею, прокрутил клинки в руках и сделал первый выпад.
Отсюда никто не уйдёт. Не в моих правилах — бежать от Одержимых.
Один вдох. Один выдох. Мир вокруг замер.
Свист стали разрезал тишину. Танец смерти начался.
Движения были точны, отточены до безупречности. Я скользил между Одержимым, не оставляя им и шанса на то, чтобы позвать подкрепление или оказать сопротивление.
Твари ощерились, вмиг теряя человеческую личину. Теперь они напоминали тех самых «низших» тварей, которых мы видели у Разлома.
Их черты лица исказились, рты растянулись до неестественных размеров, став слишком большими даже для человека.
Наполнились острыми, как иглы, зубами. Из глаз повалил чёрный дым. На руках выросли длинные, чёрные когти.
А ведь раньше ничего подобного я не замечал.
Они бросились разом.
Мои клинки пели. Вспарывали воздух и плоть. Я не обращал внимание на свои раны, на кровоточащий бок и плечо.
Одержимые даже не поняли, что уже мертвы. Их красные глаза расширялись и тут же потухли.
Я поднял ладонь.
Вспыхнул огонь. Пламя сорвалось с пальцев.
Магия прошлась по телам, сжигая их до пепла. Я собрал в наплечную сумку все камни, нужно будет выяснить что там. И понять о какой печати говорили Одержимые. Хотя если связать воедино их разговор и то донесение, то становится понятно, что дела плохи. Тут готовится прорыв.
Я обернулся.
Тьма всё ещё стояла прикованная к каменному столбу. Её грудь едва вздымалась. Черные волосы свисали тяжёлыми прядями.
Я подошёл.
Я вложил в клинки всю свою магию. Размахнулся и ударил по цепям, звенья поддались и опали.
Я подхватил пленницу на руки. Она была лёгкая, как перо.
— Вынеси меня… на улицу… — прошептала она едва слышно. — Я не хочу быть здесь…
Я вынес ее из этого проклятого храма.
В это самое время мои бойцы подошли ко мне, скользнув тенями из темноты.
— Генерал.
— Уходим. Нужно собрать бойцов и зачистить деревню.
— Почему?
— Полагаю, что все тут — Одержимые.
