Развод с генералом драконов (СИ)

Мягко отстраняю от себя Мелли, приподнимаю её подбородок, требовательно заглядываю в глаза:

— Это правда? То, что сказал Ксандар? У тебя есть запретный дар?

Зачем спрашивать, если и сам знаю ответ? Хочу, чтобы призналась, глядя в глаза.

Мелли кивает. Смотрит затравленно, будто бы ожидает подвоха.

— Почему не сказала?

Мне хочется расхохотаться в голос:

— Чего? Что сдам тебя карателям? Я бы прикончил их всех без раздумий.

Криво усмехаюсь. Ну, разумеется. Зашибись вышла проверочка.

Продолжая удерживать Мелли одной рукой, пальцы другой пропускаю сквозь её волосы на затылке.

Сжимаю пальцы в кулак, натягивая её волосы, не сильно, но намеренно на грани болезненной чувствительности, опускаю руку, вынуждая Мелли запрокинуть голову назад. Нависаю над ней, лишая возможности пошевелиться и отвернуться.

Приближаю своё лицо к её близко-близко. Чем больше я сужаю свои глаза, тем сильнее распахиваются её. Непонимающе, неверяще. Думает, мы снова вернулись к тому, с чего начали?

— Никогда больше, — проговариваю отчётливо каждую букву, — так не делай.

Никогда больше не смей мне лгать. Поняла меня?

Мелли хватается за мои плечи, её хрупкое тельце дрожит, то ли от напряжения в неудобной позе, то ли от страха.

С каждым словом наклоняюсь ниже и ниже, пока мои губы не касаются её губ. Не давая Мелли опомниться, обхватываю губами её нижнюю губу и прикусываю её. Не поцелуй. Наказание. Чтобы наверняка поняла и запомнила. Жду.

— Да! — всхлипывает Мелли.

Так-то. После целую её легко и нежно, будто зализывая укус, мной же и оставленный.

Отстраняю от себя Мелли, убеждаюсь, что крепко стоит на ногах. Оборачиваюсь к вознице, по-прежнему сидящему в пыли. Кажется, он до сих пор без сознания.

Смотрю на него, а обращаюсь к Мелинде:

— Как ты здесь оказалась? Расскажи-ка мне всё. И на этот раз без глупостей.

Солнце катится к верхушкам деревьев, когда мы с Рэйвеном снижаемся над главной башней замка Сторм. Вытягиваю шею, высматривая экипаж леди Пронны, но его ещё нет.

Внутри шевелится неприятное тревожное чувство.

После приземления не спешу, как обычно, шарахаться в сторону, а медленно и неспешно обхожу напряжённое тело древнего зверя и останавливаюсь напротив него, лицом к лицу.

Зверь замирает, после чего припадает на мощные передние лапы и опускает голову, оказываясь со мной почти на одном уровне.

Голова и всё мощное тело дракона покрыто мельчайшими антрацитово-чёрными чешуйками. После полёта из узких ноздрей вырывается горячий белый пар.