Развод с генералом драконов (СИ)

Его зверь принюхивается? Чтобы — что?

Тяжёлая каменная чаша с огарками скользит во вмиг ставших влажными ладонях. От греха подальше пристраиваю её на ближайший держатель. Вытираю ладони о юбку. Смотрю вперёд, в сторону спасительной двери в коридор.

— Что… ты хочешь услышать? — стискиваю пальцы, чтобы не выдать волнение и страх.

— Например, — раздаётся за спиной над ухом низкий вкрадчивый голос, и я чувствую мятное дыхание на виске, — как тебе монашеская жизнь?

Вопрос-ловушка? Знает, что я не монахиня до сих пор? Или я просто себя накручиваю, видя подвох там, где его нет? Как бы то ни было, обманывать нельзя, зверь мигом распознает ложь.

— Я здесь, в Обители, как ты и хотел, — осторожно подбираю слова. Чуть поворачиваю голову. — Смирилась и ни на что не жалуюсь, но… у нас здесь строгие порядки, Рэйвен, а ты мужчина. Настоятельнице не понравится, что мы беседуем наедине, у меня будут проблемы. Мне, правда, лучше уйти.

Я не успела протереть лавки, ну и пусть, в следующий раз сделаю. Сейчас главное убраться уже отсюда!

— Смирения тебе не занимать, — хмыкает Рэйвен.

Позади раздаётся звук удаляющихся шагов. Мельком оглядываюсь. Рэйвен садится на деревянную скамью. Решил помолиться перед сном, а меня оставить в покое?

На миг закрываю глаза. Светлейший! Я расплакаться готова от облегчения!

Беззвучно выдыхаю. Так, не забыть бы забрать с держателя каменную чашу с огарками. Нужно выбросить их, а чашу помыть, иначе сестра Зарина разозлится и всыплет прутьями по ладоням.

Боковым зрением замечаю движение справа.

Инстинктивно и не задумываясь, вскидываю руки. Из кончиков пальцев выстреливают нежно-голубые лучи, окутывают чашу светящимся коконом и задерживают её у самого пола, не давая упасть и разлететься на части.

Фух! Радуюсь, что поймала, а в следующий миг обмираю, осознав, какую ошибку только что совершила, показав магию.

— Твою мать!! — раздаётся за спиной.

— Аай! — вскрикиваю от боли в затылке и волосах.

Рэйвен стискивает мой апостольник вместе с прядями волос. Грубо разворачивает меня к себе.

— Так и думал! — рычит, зло прищурившись, а затем одним рывком срывает с меня апостольник.

Волосы свободными волнами рассыпаются по плечам. Глаза дракона расширяются и вспыхивают ледяным пламенем:

Одной рукой он больно сжимает моё плечо, другой удерживает апостольник. Смотрит на него, небрежно отшвыривает в сторону, как какую-то ненужную тряпку.