Развод с монстром

— Ты думаешь, я и правда псих? — усмехнулся я.

Ее взгляд дрогнул, пальцы соскользнули с ручки. Бояться ей не нравилось. Надя сжала зубы, её черты заострились, а между бровей залегла напряженная линия.

— Я этого не говорила, — холодно ответила она. — К чему этот вопрос?

— Ты обошла меня едва ли не по стенке.

Она насупилась, поджимая губы, и растерянно оглядела кабинет.

— Это ничего не значит.

— Неужели? Когда я дал тебе повод полагать, что опасен для тебя?

— Давай прекратим разговор обо мне и займемся пациентами? — вспылила она, сжимая плечи.

— Просто, если ты и дальше будешь так дистанцироваться, пациенты подумают, что у тебя какая-то заразная инфекция. Или что ты меня боишься.

— Хочешь, чтобы я осталась в кабинете и не мешала тебе пугать пациентов? — усмехнулась она. — Не выйдет.

— Ты хоть раз видела, как я пугал пациента? — усмехнулся я, наслаждаясь нашей перепалкой.

— Ты — заносчивый, импульсивный, высокомерный социопат! — принялась перечислять она с чувством, пытаясь выдержать мой взгляд.

— Такие обычно пугают, потому что им на пациента плевать!

— Ладно. Тогда я буду пугать, а ты — успокаивать.

— Да. Ты — псих. Я так считаю.

— Мне можно. А ты? Бесишься, что не поставила вчера диагноз?

— Бывает, — возразила она. — Я не считаю себя умнее других.

— Ты считаешь себя отличницей, которой надо исправить четверку во что бы то ни стало. А ещё ты уверена, что тебе нужно работать вдвое больше, чем тому же твоему бездарному коллеге, который вчера кофе носил.

Или тебе спокойнее работать с теми, кто тебе в подметки не годиться, чтобы выглядеть на их фоне лучше?

— Хорошо, что нашелся ты, — усмехнулась она. — Будет, кому меня поставить на место.

— Было бы, что ставить, — зло парировал я. — Любое мое резкое движение — и ты включаешь программу «бей или беги». Хотя, есть ещё одна — «успокой зверя». Откуда у тебя она?

— Не твое дело, — процедила Надя. — Мы идём?

Надо же, не сломил. Но и это лишь подтверждало, что для нее это не впервые — делать вид, что не ломается.

Видимо, звереныш, которого она привыкла укрощать, падок на запах слабости и ненавидит слезы. То, что источник ее проблем — мужчина, с которым она живет, я практически уже не сомневался.

Она шла впереди, прижимая к себе планшет, а я следовал за ней, прикрыв глаза и вслушиваясь в шлейф ее запахов. Сигареты, алкоголь, множество разных духов, но самый сильный — мужской парфюм. Дорогой.