Развод со зверем

На что Лев округлил глаза и повернул голову ко мне:

— Какого хрена?! Ты забыл пункт трудового договора о коммерческой тайне?!

— Во-первых, никакие пункты договоров не распространяются на гражданскую обязанность любого сотрудничать со следствием. Во-вторых, Ярослав уже не ваш сотрудник.

— Что?! — криво усмехнулся Лев. — Вы бредите?

— Алан передал мне документы о расторжении трудового договора, — холодно вставил я.

Лев сначала замер, вылупившись на меня недоверчиво, потом презрительно усмехнулся:

— Что за бред? Он не мог…

— Вернемся к нашему вопросу, Лев Давидович?

— Мы это потом обсудим, — злобно сверкнул глазами Лев и повернулся к Горькому.

— Давайте о ней, — перевел тему Горький и глянул в свой планшет. Голос его зазвенел металлом: — Ярослав сказал, что предупреждал вас обоих о том, что исход пересадки медвежьего сердца слишком непредсказуем, но его не послушали…

— Какое это имеет отношение к произошедшему?

— Мне нужно понимать, что могло произойти такого, что ваш руководитель и, насколько я понял, друг теперь у нас на вскрытии.

Смешок, который выдавил Лев, отчетливо горчил.

— Вы огласите результаты вскрытия, или мне понадобится снова пробежаться по всем инстанциям Москвы? — с наигранной непринужденностью поинтересовался он.

— Будет зависеть от вашего статуса на момент результатов, — уверенно давил его Горький.

— Я уже подозреваемый? — сузил недобро глаза Лев. — А вы тут часом не под кайфом?

— Еще одно оскорбление следствия, и вы будете давать мне показания из-за решетки. — И Горький довольно склонил голову набок.

Умело он его допек, ничего не скажешь.

— Как это произошло? — обернулся ко мне Лев, вскидывая руку к подбородку, а потом принимаясь устало тереть лицо. — Я еще не осознал. И, честно говоря, не верю… Ну с чего бы? — Лев глянул на меня, потом на Давида.

Что-то он совсем не подготовился к встрече с Горьким. Я не сдержал разочарованного вздоха. Все в его действиях говорило о растерянности и нервах, с которыми он уже не знает, что делать. Его никто не поддерживает больше — это ясно, как день. Скорее всего спустили улаживать проблему.

— Он приехал ко мне, выпал в руки из машины и успел сказать только о документах, которые мне привез. И умер.