Развод со зверем

Но перед смертью Алан сказал, что на переднем сиденьи — документы о расторжении моего трудового договора. А без них — я раб лампы…

Горький со Стасом коротко переглянулись.

— Понял. Тогда проверю их первыми. И еще такой вопрос, — он дождался, пока я посмотрю ему в глаза. — Я тут навел справки по ситуации. И хочу понимать следующее — когда ты мне расскажешь все, мы можем прийти к выводу, что твои близкие могут быть в опасности?

В этот момент в голове пронеслось много всего — от воспоминаний о словах Льва, когда он утверждал, что я продолжу работу на клинику во что бы то ни стало, до предположения, что ввиду больших денег на кону, меня могут заставить вернуться в клинику любыми способами…

— Быть может, — хмуро заключил я, и тревога за Лару вытеснила всю сентиментальность.

— Выставлю своих на охрану.

На вскрытие тело Алана отвезли в больницу к Игорю. Им было не привыкать выставлять охрану по необходимости. Там же Горький организовал запись моих показаний. Когда мы закончили, за окном начало светать, а стаканчикам кофе и выкуренным сигаретам не было числа.

Я быстро привык к постоянно звонящему мобильнику Давида. Он, конечно, мрачнел после каждого разговора, но позиций не сдавал, что радовало. Становилось лишь понятно, что сейчас против нашей небольшой компании ополчились приличные силы. А когда с пропускного пункта сообщили, что там нарисовался какой-то нервный глава безопасности клиники трансплантологии, я подобрался.

— Это Лев Суржев, — сообщил я, глянув в камеры наблюдения проходной.

Лев нервно расхаживал перед охранниками и сыпал угрозами, уперев руки в боки.

— Вы еще не знаете, с кем связались! — орал он. — Я требую главного этого бардака!

Давид какое-то время что-то изучал в своем планшете, потом кивнул мне на экран камер наблюдения:

Документы, которые привез мне Алан, оказались в полном порядке. Я долго смотрел на папку, пытаясь понять, почему вдруг Алан расторг мой контракт.

Завидев меня в холле, Лев вспыхнул взглядом.

— Ты охренел, Князев?! — повысил он голос. — Где тело Алана?!

— Доброго утра, — подал голос Давид. — Я — Горький Давид Глебович, заместитель главы инквизиции по внутренним расследованиям. Пройдемте?

Лев неприязненно поморщился, высокомерно задирая голову, но все же проследовал за Горьким по коридору.