Развод со зверем

— Разве что это не создаст тебе проблемы…

— Создавать проблемы — это как раз мой профиль, не переживай, — сообщил он и кивнул следовать за ним.

У оперативников, по всей видимости, обстановка с последнего нашего общения, накалилась.

— Давид Горький, — повысил голос Давид, уверенным шагом приближаясь к группе мужчин в форме. Те, услышав имя, как-то вдруг сникли, хотя вот только что выглядели нервно и решительно. Видимо, имя всем хорошо было известно и не предполагало возражений в присутствии его обладателя.

Прозвучало, как настоятельное пожелание никому его не испортить. Ребята постарались — озвучили свои имена и звания, но лица у них скисли окончательно.

— Давид Глебович, — виновато начал старший, — нам приказано конвоировать тело в пятый участок…

— Приказ отменяется, — терпеливо возразил Горький. — Высшим руководством в моей морде и лице. В чем дело, командир? Будете в меня стрелять что ли?

— Валите все на меня, — усмехнулся Давид. — Оформляйте передачу, и можете быть свободны.

Мужчины переглянулись, но поле боя уже очевидно осталось за Горьким. Пока они готовили передачу дела, мы с Давидом отошли от машины.

— Похоже, ты прав, Ярослав. Кто-то уже подсуетился с изъятием тела… — Он задумчиво покрутил сигарету в пальцах. — Мне нужно как можно больше подробностей.

Я мрачно молчал, не спуская взгляда с Лары, ожидавшей возле моей машины. Подумалось, что нужно все же утащить ее в тепло. Но тут на стоянку выехала смутно знакомая машина, и вскоре к нам уже спешил Стас.

— Приветствую! — бросил он на подходе, поглядывая на оцепление, а мои губы дрогнули в улыбке. Внутри потеплело от ощущения «свои рядом». — Игорь приедет сразу после операции. Яр, соболезную…

И он коротко хлопнул меня по плечу.

— Спасибо, что приехал, — искренне поблагодарил я. — Давид, мне женщину свою нужно в тепло увести, а потом я весь твой. Дашь мне несколько минут?

— Конечно. Мы пока закончим с бумагами.

— О, у тебя появилась женщина? — навострил уши Стас.

— Да, — усмехнулся я, наслаждаясь разраставшимся в груди теплом.

— Конечно. Когда разберемся…

И я поспешил к Ларе, чувствуя себя удивленным.

И стоило найти ее взглядом, в голове на повторе зазвучали собственные слова снова и снова — у меня есть женщина. Я шел к ней, щурясь на ветер, свистящий в ушах и выбивающий слезы из глаз. Силуэт Лары расплывался меж ресниц, и порой казалось, что ее уже и нет впереди, и тогда в груди все сжималось от резкого холода.