Развод со зверем

— Настроение не улучшилось у него?

— У Князева-то? Пф! Булочку передай, пожалуйста. Кстати, его с операции чуть ли не силой Лев Давидович утащил. В той части, когда работать должна была ты. — Он многозначительно на меня посмотрел. — Стопудово получит выволочку, что отстранил тебя. Вангую, после обеда ты ему снова будешь ассистировать.

Мда, шанс на то, что у Князева улучшится настроение, практически отсутствует.

— Сава, — смущенно понизила я голос, склоняясь к нему, — а от меня правда перегаром несет?

— Нет, вроде.

Да сколько ты там выпила? Пятьдесят грамм? Лара, я тебя умоляю, какой перегар? У меня в отделении через одного хирурги оперировали чуть ли не сразу после возлияний, и ничего. А Князев прям избалованный такой канадскими манерами!

— Ты бы потише возмущался, — вжала я голову в плечи.

Он отмахнулся, а мне подумалось, что Сава, видимо, такой же отброс как и я. Избавились от него, а не предложили место ординатора за заслуги.

Я вздохнула и машинально осмотрелась, тут же обнаруживая, что на меня пялится всяк входящий.

А вчера это место казалось мне гораздо уютней. То ли бурбон был тому виной, то ли Князев. Я обвела взглядом пространство и вернулась к Саве. Странно, но Князев казался мне здесь самым… заслуживающим доверия, что ли? Говорил, что думал, и делал то, что считал нужным. Он мог себе позволить быть таким, какой есть. От него всегда знаешь, чего ждать — беды и дерьма.

Да, он меня выкинет отсюда. Скоро.

— Может, он женщин не любит?

— Кто? — моргнул на меня Сава.

— Князев. Почему он меня так невзлюбил?

— Почему невзлюбил? Ты же говорила, пытался тебя поиметь.

Я поднялась и направилась из кафетерия в ординаторскую. Сил противостоять Князеву почему-то не стало. Наверное, не впечатляли результаты этого противостояния. Надо оно мне, чтобы на меня все пялились и обсуждали!

— Скажите, могу я увидеть Алана Азизова? — спросила я у первого попавшегося охранника.

— Можете вкратце описать причину обращения? — без энтузиазма уточнил он.

Меня попросили подождать в ординаторской. А потом началась суета подготовки к новой операции — собрание, напряженный и недовольный Князев, который подчеркнуто не замечал меня в упор, короткий обзор анамнеза, ожидаемых сложностей, процедуры и команда «действовать», после которой все повставали и разошлись.