Мамочки мои, как мне смешно!
- Маш, ты сейчас серьёзно?
- Нет, а что?
- Ничего. Проехали.
Ишь ты! Проехали!
Ладно, Тихонов, проехали, так проехали!
До дома нашего… нашего с дочками пара кварталов осталась. Прекрасно.
О чём я?
Об изменах.
Надоело. Надоело уже об этом думать.
Измена для мужчин обычное дело. А для женщин обычным стало – «понять простить».
Почему? А вот так. Потому что. Потому что так проще.
Потому что у всех ипотеки, кредиты, дети, репетиторы, за институт платить надо.
И одной это не вытянуть.
Посему вспомнили бабушкины наказы – «не карандаш, не сточится», «не мыло, на смылится». И вот это – «все они кобели, одинаковы», поэтому лучше уж пусть свой, пусть и неверный, но рядом.
Вот и получается, у всех несчастных одно – измена, прощение, снова измена, и снова прощение.
Замкнутый круг. Гонки по вертикали.
Я так не смогла.
Но разве в итоге я себе сделала хорошо?
Или ему?
Да уж.
Может стоило нам тогда к психологу вместе сходить?
Может помогло бы? Разложили бы нам по полочкам всё наше счастье и несчастье.
- Маш, так что с доктором?
- Стас, ты ведь понимаешь, что я уже все варианты посмотрела?
- Понимаю. Неужели совсем всё по нулям?
- Практически.
- Это как?
Вздыхаю. Не могу сказать, что я сильно умею врать, всегда была честной, всю жизнь думала, что все вокруг сразу понимают, что я лгу и поэтому старалась говорить правду. Стас тоже знает меня как правдолюбку, может, поэтому и не подозревает.
А я самозабвенно лгу.
Гадко ли мне?
Нет.
Гадко изменять. Говорить о любви, а потом бежать на свиданки к другому. Это гадко.
А спасать свою любовь и свой брак – вообще нет. Этим я и занимаюсь.
Спасаю нас.
Так что…
Выдыхаю еще раз.
- Ну, теоретически можно сделать операцию, но поможет ли она – большой вопрос. На мой взгляд это просто выкачивание денег. Операция, реабилитация – бабло, бабло, а потом финал один.
- Тебе бабла что ли жалко? – как-то зло выговаривает Стас.
Нормально? Бесит!
- Жалко, Стас. У меня столько нет, чтобы взять и выбросить.
- А на меня ты не рассчитывала? – о, теперь я понимаю причину злости. Мужчине не дали почувствовать себя мужчиной.
- Слушай, ну, давай так, если бы я знала, что толк будет, что спасти меня можно, конечно бы я пришла к тебе за помощью.
- Я помогу, Маш. Даже если толку не будет, давай мы это сделаем, а?
Голос у него такой сейчас…
Тёплый.
Любящий голос. Родной.
