Да и врач там мой хороший знакомый, он ведет его уже много лет, знает все тревожные кнопки. — киваю, радуясь, что с ребенком все хорошо.
Гордей чуть медленнее и с усилием спускается. Я же делаю вид, что не замечаю, знаю, как тяготит это мужчину.
А когда спустя еще минут десять мы оказываемся уже на улице, то он останавливается у моей машины.
— Марта, я хочу, чтобы ты знала — начинает он: — Мне бесконечно жаль за все. Но ты права, я должен тебя отпустить, научиться справляться… — он горько усмехается: — Даже если внутри дерет так, что я будто кровь литрами теряю.
Стараюсь удержаться от слез, пальцем аккуратно поддевая ресницы, а он стоит такой родной, с обезоруживающей улыбкой и теплотой в глазах.
— Езжай, мартышка, — добавляет он чуть сипло: — Такси ко мне уже едет.
— Я подожду, вдруг…
— Нет, — решительно перебивает, подходит ближе, аккуратно забирая ключи от машины.
Нажимает на брелок и открывает дверь, протягивая их обратно мне.
— Ты не должна быть моим спасателем, — говорит всматриваясь в мое лицо, а потом будто не удержавшись, пропускает прядь волос сквозь пальцы: — Я не достоин тебя…
Вижу как поджимает губы и слышу, как шумно втягивает воздух.
Кивает на машину, а я понимаю, что если сейчас же не уеду, то прям тут залью слезами асфальт.
Киваю, сглатывая ком в горле, и сажусь в машину. С третьей попытки попадаю ключом в замок зажигания и бросаю взгляд в стекло. Гордей стоит чуть подальше, не сводит своего взгляда. Вижу как трет место в районе сердца, и в этот момент мою лавину прорывает.
Слезы ручьем стекают с глаз, и судорожно дыша, я проворачиваю ключ, схватившись за руль, переключаю передачу и нажимаю на газ.
Это больнее, чем я думала. Смахиваю соленую влагу, пока выезжаю с территории. А на выезде встречаюсь с въезжающим такси. Пока пропускаю машину, оставляя капли на экране телефона, пишу сообщение Кириллу, чтобы он позвонил отцу и съездил к нему.
Глава 46. Гордей
— Оль, ты долго будешь себя так вести?
— Как так? — почему-то при разговоре со мной она всегда намеренно понижает голос, пытаясь сделать его другим.
Я же знаю, как она на самом деле разговаривает, но со мной будто все ее заводские настройки сбиваются. Или она их намеренно перестраивает.
— Не дури, — устало качаю головой, — Зачем ты устраиваешь весь этот цирк? Зачем Пашку впутываешь? Оль, это какая-то глупость. Ты же взрослая женщина, не глупая, с тобой есть о чем поговорить. Но то, что ты творишь сейчас, это перебор.
