— Ждешь совета от бывалого ходока?
— И как разошлись? С миром?
— Ты, что, сказок перечитал, Вить? Какой мир? — вскидывает бровь. — Это мужик надеется на мир при разводе, а бабы устраивают вакханалию. Первая женушка после развода бегала по гадалкам и порчу наводила… — задумывается. — Блин, может, я поэтому жирный? Хотя нет… Я уже с ней был с пузом, — печально вздыхает. — Вторая пыталась убить. Третья обвиняла в изнасилованиях, избиениях. И каждой я оставил по дому, по внушительному счету, машине… Был очень культурным, но… — подается в мою сторону и шепчет, — так ты еще больший козел.
Логики никакой, но вот так.
Подхватывает стакан и решительно присасывается к нему. Крупными глотками выпивает зеленую жижу, кривит лицо и прижимает кулак ко рту. На глазах выступают слезы:
— Отвратительно, Вить. Вот подумываю, может, в четвертый раз развестись? Это просто невозможно. Мне ни пожрать нормально, ни выпить. Моя нынешняя зазноба не теряет надежды слепить из меня Аполлона.
Медленно выдыхает и откидывается назад:
— Не, четвертый раз не выгребу.
Это будет мой личный ад со смузи и отрубями в кашах. Господи, — смыкает веки. — Это мне за мои грехи, — открывает глаза. — А чо ты о разводах заговорил?
А затем переводит взгляд на чемодан, что стоит рядом, и тянет:
— Оу… Так ты не в отпуск? — смотрит на меня с ухмылкой.
— Нет."
"— Очень информативно, Вить, — недовольно и громко цыкает. — Говори. Я жадно заглотил крючок. Отвлеки меня от этого привкуса отчаяния в моем рту.
— Я развожусь.
— Ага? — Юра в любопытстве вскидывает бровь. — А дальше? Почему? Сходил налево?
— Нет.
— Да ежкин кот! — рявкает Юра и бьет по подлокотнику дивана пухлым кулаком. — Я сейчас плоскогубцы достану и буду тебя пытать.
— Не изменял, но..
— Но что?!
— Другую бабу захотел! Аж в глазах темнеет! Мозги кипят! Ночами не сплю! С ней хочу быть. Не с женой
Замолкаю и поскрипываю зубами.
Может, и нет во мне сейчас воодушевления, но я будто пробил в себе нарыв. Этот год я не жил.
Я вскрыл себя перед женой.
И другого выхода у меня не было. Я в мыслях находился не рядом с Машей.
И это меня убивало. Как такое могло произойти, что к женщине, которую я слепо любил с четырнадцати лет, пропал трепет? Незаметно стерся и размылся.
— А жена?
— А ты как думаешь?
— Надоела?
— Дышать рядом с ней не могу. Понимаешь? Вот я и пришел и все рассказал. Иначе бы… все было куда отвратительнее, чем сейчас есть.
— Сколько вы вместе?
— С девятого класса.
