Разворот на восток

Война, еще совсем недавно полыхавшая на просторах европейского континента, вдруг обернулась на восток своей оскаленной зубастой мордой. Советские войска на Дальнем Востоке сосредотачивались почти открыто. Транссиб гудел как басовая струна от проходящих по нему эшелонов, и всем присутствующим в этом кабинете было очевидно, что в самом ближайшем будущем Госпожа История выставит японской нации окончательный счет за весь процесс экспансии, начиная с японо-китайской войны 1895 года и до сего дня.

– Господа, – глубоко поклонившись, произнес министр иностранных дел Маммору Сигэмицу, – несколько дней назад стране Ниппон был предъявлен ультиматум, требующий передачи бывших французских и голландских владений под власть Советского Союза, вывода наших войск с территории Китая, а также начала мирных переговоров с Британской империей, после известных всем событий неожиданно превратившейся в советского вассала.

Кстати, от нас тоже потребуют вернуть британские колонии. В случае нашего отказа от выполнения этих требований Сталин грозит разорвать советско-японский Пакт о Ненападении и поручить своим генералам решить все вопросы с Японской империей Путем Меча. "

"– Армейская разведка установила, – в наступившей тишине отчетливо проговорил министр армии Корэтика Анами, – что Советы перебрасывают на Дальний Восток и в Монголию самые отборные из своих ударных соединений. В узких кругах армейских ценителей воинского мастерства широко известны такие полководцы, как господа Бережной, Лелюшенко, Рыбалко, Буденный, Чуйков и многие другие.

Эти люди научились у германских генералов всему, что те могли им преподать, а потом и превзошли своих учителей, вдребезги расколотив германский вермахт всего за два года войны.

– Поправка, Корэтика-сан, – сказал адмирал Ямамото, – господина Бережного надо ставить отдельно от этой прославленной когорты. Он – вещь в себе, пришелец извне нашего мира, тяжелый бич в руках всемогущих богов, до смерти забивший Третий Рейх.

Скорее, это он учил других русских генералов тому, как следует правильно воевать, чем они сами учились у немцев. Никто из их русских оппонентов не наводил на наших германских коллег такого леденящего мистического ужаса, как этот господин.

– Я принимаю вашу поправку, Исороку-сама, – вежливо поклонившись, ответил Корэтика Анами. – Частично вы правы, и еще год назад господин Бережной был наиболее опасным из всех русских генералов.