Разворот на восток

– Я думаю, что два этих пути стоит совместить, – быстро сказал генерал Пиенаар. – Лет на десять ввести диктатуру ветеранов, и за это время создать условия, при которых Национальная партия никогда не сможет победить на выборах. И еще – попробуйте договориться с нынешним губернатором Южно-Африканского Союза минхером Яном Смэтсом. И хоть ваш Акт о Независимости аннулирует его должность, превращая этого незаурядного человека в политическое пустое место, идеи у него примерно такие же, как у вас, так что не исключено, что вы сможете с ним сработаться.

А опыта в политических вопросах ему не занимать.

– А я хотел бы знать, минхер Гроббелаар, оставите вы меня и генерала Пиенаара при своих должностях или замените своими людьми? – спросил Хендрик Клоппер."

"– У меня нет никаких особенных своих людей, пригодных для командования дивизиями, – ответил я, – так что если вы вместе со своими солдатами присягнете независимой Южно-Африканской Республике, то сохраните и звания, и должности.

И насчет минхера Смэтса я тоже еще подумаю. Раньше я воспринимал этого человека как своего безусловного противника, верного слугу британского престола, но теперь мое мнение о нем не столь однозначно.

– Это у вас, Пит, от неопытности, – вздохнул Дэн Пиенаар, – знали бы вы, за что беретесь, так отказались бы, наверное, от этой затеи сразу.

– Мне не впервой браться за невыполнимые задания, – сухо сказал я, – и, как видите, я до сих пор жив и здоров, а мои враги мертвы.

И вообще, не ради славы или власти я берусь за это дело, а только ради своих и ваших потомков, детей, внуков и правнуков, потому что если я откажусь или не справлюсь, то судьба их будет печальной.

12 октября 1943 года, полдень. Тунис, Бизерта, военный лагерь крепости.

Временный президент Южно-Африканской Республики Пит Гроббелаар.

Сразу после разговора с триумвиратом старших братьев русских Дэн Пиенаар сел в свой самолет и улетел в Мерса-Матрух к месту расквартирования своего соединения.

А уже сегодня голова походной колонны первой южноафриканской пехотной дивизии вошла в Бизерту. А дело в том, что все ее части были посажены на полноприводные грузовики и джипы, поэтому в русской армии эту дивизию назвали бы мотострелковой, а в германской – моторизованной. Без повышенной подвижности в пустыне никак нельзя. Расстояния тут огромны, а сражаться по большому счету не за что.