Разврат (ЛП)

Приподняв ее одной рукой, другой он ловко снял с нее одежду с помощью беспалочковой магии: та соскользнула, и гибкое крепкое тело Гермионы прижалось к нему, а просачивающийся сквозь окна лунный свет падал на ее молочную кожу, выделяя тенями изгибы фигуры.

Северус глубоко вдохнул, проводя носом по ее шее.

– Это все мое, – прошептал он, скользя ладонью по ее груди к животу и еще ниже, затем пробрался пальцами сквозь волоски на лобке и проник во влажное отверстие, вырвав у нее стон.

– Покажи, как сильно ты этого хочешь, – выдохнула Гермиона, повернувшись, и легонько укусила его за подбородок.

Подняв голову, он встретился взглядом с ее сияющими глазами, продолжая погружать в нее свои длинные пальцы. У него никогда не получалось выразить то, как сильно он хочет быть с ней. Его сердце просто не выдержало бы такого признания. Но он мог бы выразить это на языке секса, который, как ему казалось, он отлично знает. И за последние четыре месяца, проведенные с ней, он выучил его еще лучше, чем за все прошедшие годы – настолько сильны были его чувства к ней.

В мгновение ока Снейп развернул ее и толкнул вперед, на диван. Гермиона ухватилась за спинку сильными пальцами, выгнувшись и выпятив задницу, чтобы дать ему лучший доступ. Присев на корточки, он провел руками по внутренней стороне ее бедер и шире развел ее ноги, а затем ладонями раздвинул ягодицы и половые губы, выставляя напоказ промежность.

Он любил ее всю: эту восхитительную набухшую жемчужину клитора, горячее мокрое отверстие влагалища и тугое колечко мышц, к которому Гермиона редко его подпускала, но сегодня даст свое разрешение.

Более того, сегодня она не просто захочет, но даже потребует, чтобы он уделил этому отверстию много внимания.

Северус провел языком по половым губам и покружил вокруг клитора. Гермиона ахнула и напряглась, и он почувствовал, как сжались ее ягодицы под его пальцами. Постепенно продвигаясь вверх и слизывая сладкий нектар, вытекающий из нее, он скользнул языком внутрь.

Прерывисто застонав, Гермиона забралась повыше на спинку дивана и прижалась к ней животом, подставляя задницу.

Это было показательной демонстрацией женской чувственности и призывом к спариванию, и его член, возбужденно тычущийся в живот, был более чем готов к этому. Но Гермиона сказала, что он должен показать ей, как сильно хочет ее. Поэтому Северус напряг язык и, двигая головой из стороны в сторону, начал вращать им внутри ее скользкого отверстия, расширяя его и доводя Гермиону до исступления.