Ребенок (не) от бывшего мужа

И сейчас был раздражен, потому что меня опять караулила эта наглая девчонка! Уже третий день она приходила к центральному офису и поджидала меня там. И проходила она не одна. С ребенком на руках. Младенцем. Который, как она утверждала, мой. Точнее, моя.

— Ее зовут Мила, это ваша дочь. Я клянусь Вам… Вы же можете сделать тест…

— Я даже не помню тебя, — прорычал я. Раздражение с утра ничто не помогало убрать. Ни кофе. Ни короткая поездка в офис без пробок, потому что я переселился в квартиру в центре, бросив дом, в котором мы с Алиной так и не сумели стать семьей.

А эта девка просто драконила демона внутри меня.

— Но я же работала у Вас!

Да, в особняке работало много людей. В том числе и много новых, которых я прежде не видел. Я не помнил их.

Спустя какое-то время после того, как дед умер, а все остальные разъехались, кто куда, я жил там, в семейном особняке. Но затем понял, что просто не могу находиться в этом огромном доме совсем один.

Я стремился к этому очень долго. Я шел к этому очень тяжело.

Поэтому вскоре я оттуда перебрался. И кто там работал, я понятия не имел. Оставил все дела на управляющего и окунулся в работу с головой.

— Мы… мы были вместе… это ваша дочь… — Наглая девка протянула ко мне сверток, но я лишь поморщился в ответ.

— Босс, убрать ее? — пробасил охранник позади меня.

— Не нужно, Иван. — Я покачал головой.

Раннее утро, на улице никого не было, нас никто не мог увидеть.

— Я понимаю, что у тебя, скорее всего, и впрямь какие-то проблемы. Наверняка, у тебя есть свои проблемы. Я понимаю, что ребенок в твоем возрасте… сколько тебе, кстати?

— Д-девятнадцать… — заикаясь, прошептала она, поднимая на меня свои огромные глаза.

— В общем, наверняка это такое себе, но привлечь меня к подобным глупостям не получится. И даже тест я делать не буду, потому что прекрасно помню, кто и когда бывает в моей постели.

— Вы в тот вечер были пьяны…

Да, она утверждала это уже третий день. Молодец, девка, ничем не побрезговала бы. Далеко пойдет. Да только беда в том, что я всегда и все прекрасно помнил. Напивался я крайне редко и после таких моментов ненавидел себя, считая это слабостью. Быть слабым я не мог себе позволить. Но даже в эти отвратительные часы я все прекрасно помнил. Такая вот особенность.