Да, дисциплина в этом виде профессии обязательна, но что зазорного в том, чтобы порадоваться и оценить успех своей подопечной?
Станислава Кузнецова смотрит на меня такими обожающими глазами, что где-то внутри ощущаю то самое чувство… Чувство, что я наконец-то нашла себя! Обрела ТОТ самый путь, с которого сбилась около трёх лет назад. Именно в эту секунду, именно сейчас я поняла, насколько все верно.
«Жёсткая перезагрузка позволяет осознать, что когда перед нами закрывается одна дверь, значит, обязательно где-то открываются еще несколько.
Так уж создан наш мир».
И вот, я - тренер. Я не утонула в жалости к себе! Стала сильнее и осанку держу теперь не только на фотографиях, но и здесь, в собственном танцевальном зале.
— Мама! Мамочка!!!
Прежде, чем обернуться, быстро смахиваются набежавшие на глаза слёзы счастья.
Первое, что вижу – это счастливую мордашку Евы. Дочка бежит ко мне, широко раскинув ручки. Синие глаза, обрамлённые длиннющими ресницами, сияют такой радостью, что на миг перехватывает дыхание.
Черные кудряшки прибраны в аккуратный невысокий хвостик. Максим постарался. Я отправляла Еву на прогулку с косичкой-колоском. Мои ноги чуть выше колен оказываются в плену подпрыгивающей от нетерпения дочки.
– Маамааа, - тянет Ева, запрокидывая темноволосую голову. Почти захлебываясь восторгом, малышка рассказывает, как весело провела время в ближайший час. – Мы кормили уточек на пруду хлебом! Папочка купил оо-очень много хлеба, потому что уточки были голодные.
Приподнимаю бровь, обращая наконец взгляд на мужа.
Максим стоит, широко улыбаясь. Руки сложены на мощной груди.
– Уточки съели много-много хлеба, - продолжает в подробностях рассказывать о своем досуге Ева. - Я спросила у папы: они теперь станут толстые? И папа сказал, что да. Такие, что из них можно будет сделать отличное фуагра!"
"Недоверчиво возвращаю взгляд на мужа. Он уже не выглядит таким беззаботным и игривым. Синие глаза смотрят настороженно. Да-да, Садулаев! Тебя сдали с потрохами. Свожу брови на переносице, замечая, как Максим неловко проводит по затылку пятерней, сверкая кольцом на безымянным пальце.
Дочка тянет меня за воздушную юбку персикового цвета и с любопытством в серьезном васильковом взгляде спрашивает:
– Мамочка, а что такое фуагра?
Сузив глаза, обращаюсь к мужу:
- Максии-им…
– Пойду, заведу машину.
– Садулаев!
Мне только и остаётся, что смотреть вслед позорно сбегающему мужу. Беги, беги! Далеко не убежишь ни от меня, ни от намечающегося серьезного разговора.
