Ребёнок для бывшего

В уютном холле мебель и всякая мелочёвка были подобраны со вкусом. Гостиная, часть которой была видна от входной двери, и вовсе манила поскорее оказаться в ней и устроиться в плетёном кресле-качалке. Немного старомодно, но очень по-домашнему и мило.

- Вообще, этим всем дизайнер занимался, - проговорил Матвей, разбирая покупки. - Но в целом выполнял все мои пожелания. Здесь три комнаты - спальни небольшие, но я считаю, что огромные и не нужны. Остальное пространство отдано под кухню-гостиную и санузел.

Пока Сибиряков продолжал рассказывать, я прошлась по дому и заглянула в спальни и означенную ванную комнату. Она была метров двадцать, не меньше. И в ней и вправду располагался кроха-бассейн, сейчас, естественно, пустой.

- Если хочешь, можем набрать, - разложив продукты на столе, сказал Матвей, подходя ко мне.

Отчего-то мгновенно представилось, как Сибиряков совсем недавно привозил сюда жену. Это вызвало неприятие.

- И это только мой дом, - словно прочитав мысли, добавил Матвей.

- Ещё скажи, что я здесь - первая женщина, - фыркнула в ответ и, отойдя к качалке, устроилась в ней.

- За несколько лет - первая.

Я покачала головой и улыбнулась. Быстро перевела тему:

- Так что там с пиццей? Давай готовить?

Матвей завёл руку за голову и почесал в затылке. Окинул взглядом гору еды на столе и задумчиво проговорил:

- Попробую пока справиться сам, а ты отдыхай. Сделаю тебе чай.

С моих губ едва не сорвалась шутка о том, что если Сибиряков и дальше будет так идеально себя вести, чего доброго, мне захочется остаться здесь дольше, чем на один день.

Покачиваясь в кресле, я наблюдала за тем, как Матвей готовит. Каждое движение было точно выверенным и скупым. Ничего лишнего, всё чётко и по делу. Сибиряков всегда был таким, чем меня и подкупил давно, несколько лет назад. И, наверное, будь я тогда старше, на Теплова я бы даже не взглянула.

- Чай, мадмуазель, - подал мне напиток Матвей через несколько минут.

- Мадам, - машинально поправила я его, принимая из рук забавную кружку.

- Ничего не знаю, - пожал плечами Сибиряков и, вернувшись к столу, принялся за пиццу.

Рецепт он открыл на смартфоне, который совсем скоро оказался перепачканным в муке.