А на него там аж три представления есть, так что, когда выйдем к своим, ждать их будут заслуженные в боях награды. Надо только за командира держаться, а он точно выведет. Скучать и расстраиваться не имело смысла. Не получилось отправить сейчас бумаги, будет еще оказия. Глядишь, сами скоро за линией фронта окажемся. Командир предлагал в качестве охранника вместе с пленными лететь. Да боязно. Лучше с командиром по земле ножками, а то самолет вдруг упадет или, не дай бог, немцы собьют. Не, лучше по земле. Целее буду. Место в самолете заняли раненые из лагеря.
Вечером, когда самолеты улетели бомбить переправы, колонны во главе с Дороховым и Петрищевым часть «лагерников» в лес увезла. Машин и транспортеров захватили много. Вот всех в кузовах и расположили, от чужих взглядов под тентами спрятали. Те, кто хоть немного немецкий понимал, за руль и в кабину сели.
Около сотни «лагерников» на аэродроме до ночи оставались. Часть с нами пойдут, а у остальных своя задача. Около полуночи они с аэродрома уехали. Для них три грузовика выделили, а еще пулеметы станковые, три миномета, одно немецкое противотанковое орудие и боеприпасов гору дали.
Какую задачу поставил группе командир, знает только младший сержант Могилевич. Он в ней старший. Там у него его однополчане собраны. Говорят, что Сашка раньше в военном училище учился, а потом в тюрьме пришлось посидеть. Оговорили. Перед самой войной следственные органы разобрались, что к чему, и освободили. Направили служить в роту охраны здешней авиабазы. Только прибыл, а тут война, бомбардировки.
Отступить на восток не удалось. Немецкие танки прорвались. Парни остались отход остальных прикрывать да в плен и угодили. Тут в лагере содержались. Командир с ним о чем-то долго говорил, потом дал команду собирать группу и лично ходил провожать парней до въездных ворот. Оставшиеся вон у полугусеничных транспортеров, что раньше немецкие зенитки таскали, собрались. Там их вместе с девушками из санчасти осталось немногим более пятидесяти человек. Девушек девять осталось, все, кто немецким языком владеет.
Они с нашей колонной пойдут. Остальных женщин в тыл отправили. А эти остались. Симпатичные девчонки, хоть и угрюмые. Оно и понятно, в плену побывать – не сахара наесться. Измывались над ними немцы как хотели. Пытали. Владимир Николаевич как узнал, что там творилось, приказал немецкого майора, всех офицеров лагерной охраны и часть летчиков расстрелять. К стенке и нескольких женщин поставили. Было за что. На сторону врага перешли.
