Реквием в Брансвик-гарденс

Конечно, у нас были собственные несчастья, однако до подлинного преступления дело не доходило, все ограничивалось грехами перед Богом и Церковью. – Она наконец посмотрела Джону в лицо.

– Конечно. – Тот внимательно смотрел на нее, и лицо его выражало не разочарование, но застенчивость и восхищение. Женщину словно согрело какое-то внутреннее тепло. – Случилась… случилась трагедия, к которой мы не могли оказаться готовы… – Корнуоллис осекся, не зная, что сказать дальше. – Однако я не могу преступить требования закона. Я не смею сделать это, потому что не уверен в том, что правильно, а что нет, чтобы принять ответственность за решение на себя.

 – Он опустил суповую ложку на тарелку. – Однако я знаю, как поступать правильно, – во всяком случае тогда, когда необходимо выяснить истину. Весьма вероятно, что Рэмси Парментер убил мисс Беллвуд, потому что она была откровенной и задиристой женщиной, отвергавшей все, во что он верил. – Голос его стих, и на лице проявилась печаль. – Он может оказаться и отцом ее ребенка, но с равной вероятностью может и не быть им. Если здесь замешаны Мэлори Парментер или Доминик Кордэ, то и у них были причины желать ей смерти. Мисс Беллвуд могла погубить их обоих в избранном ими призвании. Я не знаю, шантажировала она их или нет, однако нам придется выяснить это. Мне очень жаль. Я хотел бы, чтобы всего этого не случилось.

– Как и все мы, – печально улыбнулась миссис Андерхилл. – Однако сожаление еще никому и ни в чем не помогало.

Ее муж шумно прокашлялся:

– Полагаю, вы будете держать меня в курсе всякого прогресса по делу?

– О том, что затрагивает благополучие Церкви, я извещу вас немедленно, – пообещал Корнуоллис без капли тепла во взгляде.

С тем же самым выражением он мог бы смотреть на капитана вражеского корабля в ледяном море.

Айседора задумалась, религиозен ли ее гость. Быть может, власть океана, а также относительная беспомощность человека, его зависимость от света звезд, ветров и могучих течений возбудили в нем глубокое знание Бога, опору на веру, держащую в своих руках жизнь человека, а не на удобные похвалы и репутацию среди собратьев? А сколько времени прошло с тех пор, когда Реджинальд имел дело с вопросами жизни и смерти, а не с чистым администрированием?

Разговор стих.

Слуги убрали суп и подали следующее блюдо. Епископ что-то сказал. Корнуоллис ответил и добавил какой-то комментарий.

Айседоре следовало бы заполнять паузы невинными репликами, однако разум ее был занят более глубинными и настоятельными вопросами.