Реквием в Брансвик-гарденс

Она была в почти белом муслиновом платье, а плечи ее прикрывала зеленая с белым шаль. Кордэ с удивлением отметил, насколько идет ей этот наряд, сразу напомнивший ему о лете – о прохладных и тенистых рассветах, когда еще ясен свет, и никто даже не начинает думать о том, что нужно будет сделать днем.

Мисс Парментер улыбнулась:

– Пожалуйста, останьтесь. Как прошли ваши визиты?

– В них не было ничего, достойного внимания, – честно ответил Доминик. Ему никогда не приходило в голову лукавить с Клариссой.

– На улице хорошо, – задумчиво проговорила она. – Мне тоже хотелось бы найти какую-то причину улизнуть из дома. Самое худшее во всем нашем положении – это то, что оно заставляет нас ждать, не так ли? – Отвернувшись, девушка посмотрела на лужайку и на ели за нею. – Иногда мне кажется, что ад вовсе не там, где над тобой производят нечто ужасное… Он там, где ты все ждешь чего-то, ждешь и не знаешь, случится это или нет, и потому воспаряешь в надежде, a затем впадаешь в отчаяние, a потом снова вверх и опять вниз.

И когда ты слишком устаешь, когда тебе становится все равно, – тогда-то это и происходит. Постоянное отчаяние стало бы едва ли не облегчением, к нему можно привыкнуть. Надежда отнимает слишком много энергии.

Ее собеседник молчал, стараясь вдуматься в эти слова.

Кларисса посмотрела на него:

– Разве вы не намереваетесь сказать мне, что скоро все закончится?

– Мне об этом неведомо.

Сказав это, Кордэ устыдился собственной беспристрастной интонации.

Ему следовало бы утешить ее, вместо того, чтобы сваливать бремя с собственных плеч. Он повел себя как ребенок, будучи почти на двадцать лет старше этой девушки. Она заслуживает лучшего отношения. Почему он решил, что она сильнее? Если Доминик способен защитить Виту, то еще в большей степени он должен попытаться защитить Клариссу.

– Простите, – извинился священник. – Это непременно закончится. Питт установит истину.

Мисс Парментер улыбнулась:

– Вы лжете… но это не злая ложь! Не злая… – Чуть поежившись, она поплотнее закуталась в шаль.

 – Прошу вас, не надо. Я понимаю, что вы хотите быть добрым. Вы исполняете свои пасторские обязанности. Однако снимите на несколько минут свой пасторский воротничок и побудьте простым человеком. Питт способен найти истину, но у него может и не получиться. Возможно, нам придется вести такую жизнь вечно. Я верю в это. – Губы ее чуть изогнулись как бы в насмешке над самой собой.