Реквием в Брансвик-гарденс

Ты покажешь людям путь, ты сделаешь так. Вели этому глупому полисмену уходить. Объясни ему, почему так случилось. Это было не преступление, а простая необходимость.

– В этом не было никакой необходимости, Вита, – ответил Кордэ, открывая глаза и заставляя себя посмотреть на миссис Парментер. – Вы ошиблись. Я люблю вас так, как люблю всякого человека, не более того. И я собираюсь жениться на Клариссе, если она захочет этого.

Вита перевела взгляд на него.

– Кларисса? – произнесла она имя дочери так, словно оно ничего для нее не значило.

 – Ты не можешь так поступить. В этом нет необходимости. Нам больше нет нужды притворяться. И потом, это неправильно; ты не можешь жениться на ней, потому что любишь меня. Ты всегда любил меня, с самой первой нашей встречи. – Голос ее вновь обрел уверенность. – Помню, как ты смотрел на меня в тот самый день, когда появился в нашем доме. Ты уже тогда знал, что Рэмси слаб, что он потерял веру, что он больше не годится в вожди народа. Я видела твою силу даже тогда… и ты понимал, что я верю в тебя. Мы понимали друг друга. Мы…

– Нет! – твердо проговорил священник. – Вы нравились мне. А это совсем другое. Вы были женой Рэмси, и для меня всегда останетесь ею. Я не люблю вас. И никогда не любил. Я люблю Клариссу.

Лицо Виты неспешно преобразилось. Оно сделалось твердым, а взгляд ее больших глаз ожесточился, зажегся гневом. Губы женщины сложились в полную ненависти гримасу.

– Трус! – прошипела она. – Слабак, недостойный трус! Я убила ради тебя! Я взяла на себя всю опасность, все актерство, все эти глупые вопросы и ответы, для того лишь, чтобы ты смог исполнить свою роль в судьбе, мог быть рядом со мной! Я придумала этот блестящий план и осуществила его.

Я продумала все! A посмотри на себя! Ты боишься! Ты жалок!!! – И внезапно лицо ее вновь сделалось мягким, и на нем затрепетала улыбка. – Но я прощу тебя, если…

Доминик отвернулся, не имея больше сил терпеть. Кларисса обхватила его руками, и так, рядом, они побрели назад, в недра церкви.

Питт посмотрел на Корнуоллиса.

Тот кивнул, и на его тонкие губы лег отпечаток ужасной печали.

Томас покрепче взял вдову за руку.

– Пойдемте со мной, миссис Парментер, – сказал он ровным тоном. – Говорить больше не о чем. Все закончено.

Она посмотрела на суперинтенданта так, словно бы только что вспомнила о том, что он находится рядом, хотя тот ни на мгновение не выпускал ее руки.

– Мы уходим, – повторил Питт. – Вам здесь больше не место.

Он повел арестованную вниз по ступеням, на улицу.