Реквием в Брансвик-гарденс

Просто в этот момент она пребывала на середине драматического объяснения двоих любовников.

Джемайма сбежала вниз по лестнице в ночной рубашке с криком:

Хозяйка с улыбкой направилась к двери. Дэниел, сохраняя достоинство, неторопливо, но и с такой же улыбкой спускался по лестнице следом за сестрой.

– Ты сегодня рано, – заметила Шарлотта, подставляя мужу щеку для поцелуя, после чего Томас обратил свое внимание к детям. Джемайма с волнением рассказывала отцу о том, что узнала в школе о королеве Елизавете и испанской Армаде.

Дэниел в то же самое время пытался потолковать о паровой машине и об удивительном поезде, который хотел бы увидеть, а еще лучше – прокатиться на нем. Он даже узнал стоимость билетов, и на лице его светилась надежда.

Прошел почти час до того, как Томас остался наедине с женой и сумел рассказать ей чрезвычайную новость о событиях в Брансвик-гарденс.

– Ты действительно считаешь, что преподобный Парментер мог настолько выйти из себя, чтобы столкнуть ее с лестницы? – удивилась молодая женщина.

 – Это можно доказать?

– Не знаю. – Ее супруг потянулся, поставив ступни на каминную решетку. Это была его любимая поза. Шлепанцы полицейского подгорали каждую зиму, и супруга каждый раз покупала ему новые.

– А не могла она просто упасть? – спросила Шарлотта. – Такое подчас случается…

– В таком случае, поскользнувшись, они не кричат «нет-нет!» и не называют чье-то имя, – заметил суперинтендант. – Кроме того, там просто не обо что споткнуться. Простая лестница из крашеного черного дерева, на которой нет ни ковра, ни планок.

– Можно споткнуться о собственную юбку, если порвался подол… – проговорила миссис Питт задумчивым тоном. – Ты это проверил?

– Проверил. Ее одежда в полном порядке.

– И даже о собственные ноги, – продолжила женщина. – С туфлями ничего не случилось? Ничего не порвалось и не вылезло, никаких развязавшихся шнурков и оторванных каблуков? Мне случалось спотыкаться о собственные ноги.

– Никаких развязавшихся шнурков и оторванных каблуков, – произнес Томас с легкой улыбкой.

 – Только темное пятно, оставленное, по словам Телмана, чем-то пролитым в зимнем саду, a это значит, что Мэлори Парментер солгал о том, что не видел ее утром.

– Но быть может, он вышел оттуда на несколько мгновений по какой-либо причине, – предположила Шарлотта. – А она как раз вошла туда, но не встретилась с ним.

– Нет, он не выходил, иначе наступил бы в ту же жижу, что и она, – проговорил Питт. – Но этого не случилось. Телман проверил и это.