— Конечно, это не крейсер, это наш приятель. Но где тогда настоящий «Ильмус», хотел бы я знать? Почему не отвечает?
— Готовили ловушку для оборотней, а они сделали нам, — хохотнул Диего. — Не лишено остроумия.
Грехов усмехнулся.
— Остроумно, говоришь? Примитив, никакого остроумия! Вот что, мужики, я не знаю, где сейчас крейсер, но стоит попытаться захватить хотя бы этого оборотня. Время не ждет, кто «за»? Я пошел!
— Куда? — крикнул Пинегин, но модуль Грехова уже скользнул белой молнией в небо и пропал в облаках.
— Григ, старт! — приказал Диего своему напарнику, демонстрируя отличную реакцию.
— Вперед! — махнул рукой Пинегин.
Вслед за ним стартовал и Нагорин.
Крейсер «Ильмус» «настоящий» — не отзывался на запросы, и Пинегин мимоходом подумал, что сверхоборотни затеяли игру по своим правилам, игру, из которой люди могут и не выйти живыми. Если крейсер не придет на помощь…
«Ильмус» в это время отражал атаки оборотней, создавших в пространстве такую бурю помех на всех диапазонах связи, что сквозь нее не могло пробиться к модулям ни одно сообщение.
Дуэль не по правилам
Модуль Грехова чуть опередил остальные корабли. Он был уже в нескольких сотнях метров от мнимого крейсера, как вдруг его подхватила мягкая, но властная сила и понесла на центральный диск.
— Держитесь! — рявкнул Забара, поправляя на голове эмкан защиты.
Они невольно сжались в креслах. Тоненько запел фиксатор защитного поля рубки, спасающего людей от перегрузок.
Диск надвинулся вплотную, но в последнее мгновение в нем образовалась щель, в которую и ухнул модуль, как в пропасть.
"
"Именно в этот момент возле лжекрейсера выросли с разных сторон модули засады, разом затормозились и включили капсулирующие гравитационные генераторы. Гигантское тело мнимого корабля тут же сломалось, все его «ажурные конструкции» — стометровые лепестки-антенны, купола энергокамер, фермы захватов — поплыли, укорачиваясь, и спустя несколько секунд в космосе мчались два белесых шара, окруженные всполохами борющихся силовых полей. Один из сверхоборотней почти сразу вырвался и мгновенно растворился в пустоте, другой почернел, словно обуглился, пытался резкими маневрами вырваться из цепких объятий земных кораблей — мошек рядом с дыней, но что-то мешало ему набрать нужную скорость, сковывало движения.
Вел он себя странно: то замирал на месте, распухая в размерах, то сжимался до предела, испуская яркий свет.
— Габриэля работа! — тихо сказал Диего Вирт, сжав зубы и кивая в сторону метавшегося оборотня.
