Мне почему-то кажется, что нам предстоят такие испытания, перед которыми прошлые беды — искры перед костром…
Игра с огнём
Ажурные стрелы силовых антенн цепью уходили влево и вправо, теряясь в желтой дымке несущего пыль ветра. Небо позеленело, потеряло глубину; звезды, видимые на Марсе даже днем, несмотря на искусственно повышенную плотность атмосферы, исчезли, словно их поглотил надвигающийся песчаный ураган.
Диего подсоединил к разъему круглую коробку анализатора, посмотрел, как в боковом окошечке прибора в привычном порядке загораются цифры, и крикнул вверх:
— Порядок, можешь включать.
Через минуту с вершины антенны спустился на песок инженер полигона Мансуров.
— Ну что, выдержит? Имею в виду не ураган.
— Выдержит, — уверенно сказал Мансуров, кривя в полуулыбке загорелое лицо. — Даже если сверхоборотень вздумает взорваться по-настоящему.
— Это хорошо, — пробормотал Диего, погружаясь в свои мысли.
После разговора с «серым призраком», когда тот ошеломил ученых короткой, в несколько минут, речью, всю Солнечную систему всколыхнул бум дискуссий и споров — что делать со сверхоборотнем? И можно ли относиться к сообщению неведомого облакообразного мыслящего пришельца с Тартара серьезно?
Всесолнечный научный совет положил конец почти двухмесячным спорам, и хотя решение совета было далеко не единодушным, резюме звучало кратко и однозначно: информацию «серого призрака» принять к сведению, исследования оборотня продолжать, максимально обезопасив исследователей от любых угрожающих их жизни действий реликтовой споры.
Но еще задолго до совета пограничная служба Даль-разведки и УАСС начали подготовку к новому этапу исследований, призвав на помощь весь технический гений человечества. Умудренные опытом пограничники и работники аварийно-спасательной службы решили, что во сто крат легче принять профилактические меры, чем ликвидировать последствия катастрофы.
Строительство силовых экранов вокруг полигонов, в котором участвовал и Диего Вирт, было звеном в цепи таких мер."
"— Когда наконец здесь заработают макропогодные установки? — проворчал Мансуров, надвигая на лицо щиток респиратора.
Воздух Марса был уже годен для дыхания, но пыль, поднятая с холмов воздушной волной, — предвестницей приближающейся бури, забивала носоглотку, и работающим пришлось надеть респираторы; никто не хотел глотать эту железистую, пахнущую серой газопылевую смесь.
— Пошли к следующей?
— А успеем? — Диего с профессиональной тревогой посмотрел на запад, где клубилась желтая мгла.
