— Ниже сорока двух километров зонды опустить не удастся, — сказал Нагорин. — Перепады полей над Конструктором сбивают настройку электроники, зонды входят в вихревые слои и падают.
— Мы поставим дополнительную защиту…
— Автономные панцири? Они, пожалуй, выдержат, но где взять столько корпусов?
— Это уже забота Совета. Свяжусь с приземельскими заводами, заказ пустим вне всякой очереди. Скорость роста не упала?
— Центры слежения в Северске, Первомарске и Викингтауне отмечают некоторое замедление, — ответил Диего.
— Незначительное, сантиметров на десять, но все же есть надежда.
Пинегин скептически поджал губы, но снова промолчал.
— Поднимайте модули за критическую границу, — приказал Сергиенко, вопросительно посмотрев на Пинегина. — Будем опускать вакуум-заградители.
Диего кивнул, и виом погас. Вошел Грехов.
— Поднимать так поднимать, — пробурчал Нагорин. — Приказ — идти вверх, — пояснил он в ответ на вопросительный взгляд спасателя и повернулся к Диего. — Ну что ж, сообщи нам и вторую причину, по которой создание вакуум-зоны бесполезно.
Диего надел шлем мыслеуправления и с неохотой произнес:
— Просто мы опоздали с зоной, вот и все. Надо было создавать ее в тот момент, когда корень Конструктора достиг всего двух десятков метров, вот тогда эта превентивная мера помогла бы. Но не сейчас. Перекрыть рост сверху мы перекроем, но движение корня вглубь уже не остановить.
— Что-то я вас обоих не пойму. То вы стоите на максималистских позициях, высказываясь в пользу уничтожения Конструктора, то вдруг поворот на сто восемьдесят градусов!
— Да потому что никто из нас не знает, как предотвратить катастрофу, — мягко сказал Грехов.
— А сидеть сложа руки мы не умеем, да и не имеем права. Отступать же можем только в том случае, когда испробуем все средства, предоставленные наукой. Наука дает нам вакуум-зону — мы ее используем. Что она может дать еще?
— ТФ-эмиттер, — усмехнулся Диего.
Нагорин, отвернувшись, возился над приборной панелью.
— Приготовьтесь, — сказал Грехов.
— Идем вверх…
Пределы терпения
В зеркальной глади поля карикатурно отражались передвигающиеся по залу люди, аппаратные стойки и пульты. Грехов посмотрел на свое волнистое отражение и подумал, что такой эффект может сразить любого оптимиста, довольного своей внешностью.
— Любуешься? — остановился рядом Сергиенко. — Пошли к видео, минут через десять будут транслировать включение зоны.
Они пересекли зал, поражающий новичков тишиной и голубизной центроплана.
