Рецепт красивой смерти

Задав ему протокольные вопросы, на которые директор НИИ ответил столь же серо, сколь и односложно, Гуров перешел к главному – он спросил Бунцагина о событии двухлетней давности, когда к нему приходил человек с предложением новой методики получения искусственных алмазов. На этот раз на плоской, как блин, физиономии задержанного промелькнуло нешуточное беспокойство, но он тут же вновь принял все тот же скучающе-безразличный вид.

– Вы полагаете, я должен помнить всех полоумных, кто являлся к нам со всякими идиотскими предложениями? Таких много было, то и дело приходилось вызывать психиатрическую «Скорую»… – скривив рот, с нотками язвительности парировал он.

– Но к этому визитеру вы «Скорую» не вызывали. Верно? – усмехнулся Лев, отметив про себя, что «расколоть» этого торгаша будет непросто.

– Не помню… – все с тем же туповато-упертым выражением лица пожал плечами Бунцагин. – Может, и не вызывал, потому что надоело без конца звонить психиатрам.

– Хорошо, вернемся к дням сегодняшним. Меня интересует причина увольнения профессора Калмыкова.

Что это за странная история? Он вам позвонил прямо на курорт, вы тут же примчались в Москву и сразу же по прибытии, глубокой ночью, подготовили приказ об увольнении Калмыкова. Что скажете на это?

Гуров говорил и внимательно наблюдал за выражением лица задержанного. Но тот на его слова никак не отреагировал. Снова пожав плечами, Бунцагин начал нудить о том, что профессор, в силу старческого маразма, стал представлять для текущей и тем более перспективной деятельности института нешуточную угрозу.

– Как руководитель своей организации я понял всю серьезность положения и поэтому принял такое непростое, но крайне важное решение, – монотонно бубнил он, глядя куда-то в пустоту. – Если вы считаете, что я превысил свои полномочия, то пусть наш спор решит суд.

– Вы его уволили по той причине, что он узнал о факте посещения НИИ неким самодеятельным изобретателем, а также о том, что вы этого человека выставили за порог. Вы можете сколько угодно утверждать, что ничего не помните, но я уверен, что вы все помните, однако не хотите сказать правду.

Похоже, для вас эта правда – сродни смертному приговору. Но и для нас она важна не меньше, а может быть, даже и больше того, поэтому, хотите этого или не хотите, но мы ее добьемся. Сейчас в НИИ «Алмаз» идет обыск, выявлена масса нарушений и злоупотреблений. В частности, непонятна судьба сорока миллионов рублей, которые были выделены институту на закупку нового технологического оборудования.