Ревность волхвов

А на фига мне такое счастье — жить с чужим мужиком в одной комнате?

— Значит, ваше начальство присматривается ко мне как к будущему главбуху? При том, что я сальдо от сальто не отличаю? А бульдо — от бульдога?

— А от тебя что, убудет?

— По-моему, тебе просто нравится ставить всех в неловкое положение. И дразнить Кена.

— Ладно, кто бы говорил о неловком положении! Я тебя обеспечил крышей над головой, кормежкой, развлечениями, бабу тебе предоставил…

— Лесю не трожь! — предупредил я, сжимая кулаки, и Саня сразу заткнулся и перевел разговор на другую тему:

— А Иннокентия я действительно дразню.

Чертовски приятно поиздеваться над своим непосредственным начальником — особенно когда под ним кресло шатается.

Мой друг сам вывел разговор на второй интересующий меня вопрос.

— Кстати, ты мне рассказывал, еще по дороге, что Иннокентий проворовался.

А откуда ты сам об этом узнал? И кто рассказал про растрату вашему боссу?

— Ты Иннокентия заложил?

Мой дружбан хохотнул, развел руками и ответил почему-то на своем дурном английском:

Мы повернули к дому. Разговор с Сашкой вышел каким-то мутным. И оставил у меня острое чувство неудовлетворенности и недовольства приятелем.

…Больше ничего интересного или любопытного в тот вечер, первого января, не случилось.

…Когда все уже улеглись — довольно рано, и я, опять в полном одиночестве, устроился в гостиной, чтобы записать события сегодняшнего дня, — произошло еще кое-что.

Писать об этом мне стыдно — но придется, раз уж я решил вести дневник честно. Без купюр.

Когда я уже заканчивал отчет о событиях первого января, из комнаты, где жили Вадим и Настя, раздался мягкий шум, этакая ласковая возня. Вскоре шум и причмокивоания, и неразборчивое бормотание превратились в ритмичное дыхание и воздушные стоны.

Я замер на месте, ни жив ни мертв. Вздохи становились все глубже, постанывания — все громче, пока не превратились в краткий и шумный мужской рык и женский протяжный стон.

Признаться, эта звуковая порнуха настолько меня возбудила, что мне, чтобы успокоиться, пришлось пробираться в ванную и там принимать ледяной душ.