Процитировав Фукидида, пересказывающего слова Перикла, он тут же перевел сказанное, чтобы его могли понять все присутствующие:
Цезарь сделал еще одну паузу, чтобы слушатели постепенно усвоили смысл его слов; он помнил, что обязан направить их мысли в нужное русло. И продолжал спокойно, медленно, без спешки, хотя вода в клепсидрах стремительно иссякала:
– Вдумаемся как следует в смысл этих слов. Возможно, мы не называем демократическим наш способ правления в Риме и за его пределами, но совершенно очевидно, что наши законы имеют ту же направленность, что и законы, упомянутые Периклом: мы обязаны защищать интересы не избранных, а большинства.
Во всяком случае, в моем толковании. Есть еще кое-что важное, и я уверен, что мое мнение разделяет все, кто слушает меня сегодня: мы хотим быть образцом для подражания, а не подражать чужим образцам. И это главное. Как показывает наш горький, болезненный для всех римлян опыт, забывать о том, что при управлении следует учитывать не только собственные интересы, но и интересы множества окружающих, – серьезнейшая ошибка.
Несколько лет назад марсы подняли восстание, к которому присоединились многие наши италийские союзники, причина же была одна: эти народы не считали наше правление справедливым. После ужасающего кровопролития мы заключили с ними договор, ибо наши законы распространяются и на них, теперь же мы обязаны уяснить, что наши законы касаются не только италиков, но и народов всех провинций, управляемых Римом, куда мы посылаем наместников, представляющих нас и наш способ правления.
Наш представитель, наш наместник должен править образцово, потому что он находится там не сам по себе и не ради своих интересов, как наверняка полагал обвиняемый: для этих провинций, в данном случае для Македонии, он – представитель всех и каждого из нас, граждан Рима. Македоняне явились сюда, так как чтут законы, которые мы приняли для себя и распространили на другие народы, и воспринимают их как свои собственные. Недовольные правлением корыстного наместника Долабеллы, которого, к сожалению для всех нас и для них тоже, мы отправили в Фессалонику, они тем не менее не поднимали бунт, не применяли силу.
Вот почему очень важно поступать справедливо по отношению к обижаемым, как Перикл называет тех, кто страдает от несправедливости. Но есть еще кое-что…
Он подошел к столу, за которым сидел внимательно слушавший его Лабиен. Друг наполнил водой чашу, Цезарь взял ее и сделал пару глотков. Пустую чашу он поставил на стол.
