Трещина в ребре, отбитые внутренности синяки...
Вы не хуже меня знаете о последствии подобных побоев. И моя девушка стала не единственной - почти десяток девочек подверглись домогательствам с его стороны. Под угрозой отчисления, благодаря запугиваниям и избиениям они делали все, что он хотел.
- Родственники?
- Он выбирал тех, за кого некому было вступиться, - невесело усмехнувшись, покачал головой Михаил. - Он ошибся только раз. Не принял в расчет меня,
решил, что стоит напугать мою девушку моим возможным убийством, и она будет молчать.
Зря. Я своего никому не отдаю. Тем более женщину...
- Значит, вот, в чем проблема, - задумчивость на лице Чернявского возрастала все больше, в то время как злость уходила из его глаз. Как любой законник, он не приемлил насилия над прекрасным полом. Только тот, кто слаб, обидит женщину.
А слабых уважать не за что... - Это меняет дело.
- И почему же? - иронично выгнул брови младший Алёхин, уже успевший понять по лицу Володи Черного, что шутить он не настроен.
- Да потому что, мальчик, - усмехнулся в ответ мужчина.
- Что с Островским меня никогда не связывали никакие дела. Ни родственные, не финансовые. Он не наш, и никогда им не станет. Паршивой овце в стае волков не место...
Мих осознал свалившуюся на него информацию далеко не сразу.
С трудом добытая информация, тщательно выверенный план, бессонная ночь, в ходе которой он тщательно продумал весь разговор, куча потраченных нервов и времени, а в итоге... Всё зря?
Такие люди, как Володя Чёрный шутить не будут.
И уж тем более не станут кидать отмазки и открыто отрицать свою причастность. За базар он отвечает, это бесспорно.
И потому выходит, что сам байкер только что крупно облажался.
- Твою ж мать!
- Мать - святое, - добродушно усмехнулся Владимир. Стрельнув у своего собеседника сигарету, закурил и, выпустив кольца дыма, подтвердил недавние мысли владельца «Максимуса». - Ладно, разрешу я твою беду, не гневи Бога почем зря.
- Интересно, как? - резко выдохнув дым, почти огрызнулся Мих, чувствуя, как все его прежнее спокойствие летит к чертям собачьим.
Если раньше он держал себя в руках, зная, что перед подобными людьми показывать свои слабости не стоит, то теперь выдержки просто не осталось."
"Он и так рисковал собственной жизнью (да и не только своей), придя сюда... А теперь оказалось, что только лишь потерял время и, возможно, нажил себе опасного врага!
- Толковый ты парень, хоть и вспыльчивый, - прищурившись, сквозь дым посмотрел на него Владимир.
