– Тебе нельзя запирать свою дверь, когда в твоей комнате кто-то, незнакомый мне. Если собираешься приглашать гостей, будь добра, сначала представь их своему отцу.
– Это просто нелепо! Я не собираюсь знакомить тебя с каждым встречным. Это просто друг.
– Тогда зачем ты прячешь его от меня?
– Пап, пожалуйста, давай закроем эту тему, хорошо?
– Здесь не о чем откровенничать! – в отчаянии восклицает Бренна. – Это просто один парень.
Я вздрагиваю. Просто парень?
Видимо, тренеру Дженсену тоже непросто проглотить эту пилюлю.
– Папа! Фу! Во-первых, никто из моих ровесников не пользуется Крейгслистом! Это рассадник педофилов и психов.
Я давлюсь от еле сдерживаемого смеха.
– А во-вторых, моя личная жизнь тебя не касается!
– Очень даже касается, пока ты живешь в моем доме!
Страсти начинают накаляться, и я тихонечко отхожу от двери.
– Пожалуйста, папа. Просто… иди уже спать, – усталым голосом говорит Бренна. – Мой друг все равно уже собирался уходить. Мне нужно закончить статью к завтрашнему дню.
– Ладно.
Тяжелые шаги начинают удаляться дальше по коридору, а легкие приближаются к двери. В комнату входит раскрасневшаяся Бренна. Ее глаза больше не горят желанием. В них вообще нет никаких эмоций.
– Я так и понял, – отвечаю я, уже натягивая свою куртку.
– Прости за это. Он… с ним… сложно.
Бренна избегает встречаться со мной взглядом, и, судя по тому, как она заламывает руки, ей не по себе.
А может, это не нервы, а смущение. Но никогда бы не подумал, что Бренна Дженсен способна испытывать смущение. Или чувствовать себя побежденной. Обычно она такая неуступчивая. Впервые с тех пор, как мы встретились, мне кажется, будто весь ее запал куда-то ушел.
– Он всегда такой суровый? – спрашиваю я.
– Да, но дело не только в нем. Я сама дала ему повод предполагать самое худшее.
Это загадочное замечание разжигает мое любопытство. Мне хочется разузнать детали, но судя по ее осторожному поведению, я вряд ли получу ответы на свои вопросы.
– Джейк, – начинает Бренна, – я не знаю, когда мы теперь еще увидимся. Если увидимся вообще.
– Потому что… – Ее взгляд наконец отрывается от пола и останавливается на моем лице. – Это все так запутанно. Я не знаю, когда смогу вернуться в свою квартиру, но пока я живу здесь, ты не сможешь приходить ко мне.
