Ритуал последней брачной ночи

Кто дальше?

— Соседний с молдаванином номер занимал и в ближайшие сутки будет занимать Калью Куллемяэ, пресс-секретарь покойного. Сейчас он утрясает различные формальности: гражданская панихида, отправка тела на родину и тому подобное.

Напоминание о мертвом теле Олева Киви мне не понравилось, и я решила побыстрее соскочить с некрофильской темы.

— Остаются еще три номера.

— Да. Один на втором этаже и два на третьем. Чтобы сразу покончить со вторым — там проживает известная московская актриса.

— Редкостная сука.

 — Лицо Сергуни чудовищно исказилось, а в голосе послышались нотки личной, хотя и оскорбленной в лучших чувствах заинтересованности. — Сейчас снимается в Питере, в каком-то криминальном сериале.

— Что, отказала тебе в интервью? — Я перегнулась через стол и потрепала Сергуню по холке. — Запустила тапком при съемочной группе? Или плеснула в морду коктейлем «Старый Пью»? Колись, Сергуня!

— Не больно я и хотел этого интервью, не моя специализация… Просто ребята попросили. Шел туда, как на плаху, ей-богу! Говорю тебе, характер у нее отвратительный… — Он снова принялся лихорадочно листать блокнот.

 — У меня тут кое-что на нее собрано. Продюсеры из-за этой твари четвертого режиссера меняют…

— А что с третьим этажом? — Если Синенко не прервать, то он будет распинаться о московской стерве до утра, я это чувствовала.

Сергуня вздохнул и со скрипом перескочил со скандальной кинозвезды на пресную, как состарившийся зеркальный карп, команду постояльцев VIP-гостиницы.

— То же, что и со вторым.

Благолепно, как в синагоге. Номер напротив вас занимал искусствовед с мировым именем. Эксперт по Юго-Восточной Азии. Тишайший человек, по отзывам. Съехал в тот же день. Теперь обитается где-то в городе.

— Я думала, дзэн-буддисты гораздо менее впечатлительны…

— Я тоже так думал. Но не суть. Последний из семерки — еще один актер. Тоже московский и тоже снимается в сериале.

— Другом. Тот криминальный, а этот мелодраматический. Сейчас этих сериалов как грязи, все кинулись бабки рубить.

Телевидение наступает по всему фронту. А Питер — на передних рубежах, сама знаешь.

— И что актер? Такая же склочная дрянь, как и актриса?

— Чуть получше, но тоже не подарок. Баб таскает через окна — это у него что-то вроде вида спорта. Одна такая поклонница сорвалась и сломала руку. Дня четыре назад. Скандала, естественно, никто не допустил… Вот, собственно, и все.

— Веселенькое заведение!

— Вертеп, — подытожил Сергуня.

Я надолго задумалась.