Ритуал (СИ)

От похода в купальню пришлось отказаться, оценив расстояние от кровати до двери. Не сейчас. Фей-Фей помогла мне надеть и завязать халат, усадила на пуф перед столиком и начала медленно и аккуратно расчесывать волосы.

— Когда произошел всплеск и стало понятно, что ты не очнешься — вызвали Целителя, который диагностировал срыв. Тебя положили в Стабилизатор, и пять дней было неясно, восстановятся меридианы или нет. Сир Аксель очень переживал, очень, — Фей встретилась со мной глазами в зеркале.

— Аксель не виноват, срыв… это было ожидаемо…

Фей успокоено кивнула и начала водить расческой по волосам дальше.

Аксель и дядя были дома, пока меня не разрешили перенести в спальню. Аксель должен был вернуться в Корпус — и уехал вчера, а дядю вызвали в Столицу.

— Я не знаю подробностей, — Фей отложила расческу, и, разделяя пряди, начала плести простые косы. — Вызвали не только сира Блау, ещё троих Глав — Тиров, Фейу и Асти. Говорят, — она понизила голос, — они взломали портальную Арку, чтобы вернуться в Керн из Хаджа…

Портальная арка — это серьезно.

На левом запястье было сразу два широких браслета. Тускло сияющий серым — Арритидесов, и черный — блокиратор. Первый раз за свою жизнь, я была рада, что мне заблокировали силу по приказу Целителей.

Браслеты Арритидесов сейчас ощущались легкими. Выглядели как обычно, но пещеру и лабиринт я запомню надолго. Серая полоса тусклого металла даже сейчас вызывала безотчетный ужас. Такой, что кожа невольно покрывалась мурашками.

Что если они захотят есть? Кого они сожрут в следующий раз, если им не хватит силы? Меня? Близких? Нужно искать ответы в Хранилище. Или искать Светлых, которые смогут ответить на мои вопросы.

Я сдвинула рукав домашнего халата вниз, чтобы не видеть.

— Это от младшего сира Блау, — Фей — Фей принесла коробку, перевязанную шелковой лентой с кисточками.

На чайном столике лежало ещё две коробки с печатью известной столичной кондитерской.

Значит, Аксель всё — таки чувствует себя виноватым.

Я развязала ленты и сунула в рот шарик — молочная сладость таяла на языке, оттеняя легкой ореховой горчинкой.

— Тебя нельзя, — Фей легонько шлепнула меня по рукам. — Ты болеешь!

— Я сама знаю, что мне можно, — испачканными в шоколаде пальцами, я выудила ещё одну конфету и засунула в рот Фей, чтобы помолчала, другую — съела сама, и пару мгновений было тихо.