Робкое дыхание (СИ)

Почему вы об этом спросили?

Виктория молчала, лишь смотрела на него, боясь пошелохнуться. Она отчетливо понимала, что происходит нечто плохое, и если она сейчас же не получит ответы на интересующие её вопросы, её душа не успокоится. Аркадий тоже заметил странное поведение Виктории. Сначала он решил, что оно вызвано нападением на госпожу Юрасову, но теперь у него зародились сомнения.

— У меня такое чувство, что вас что-то тревожит, Виктория Дмитриевна, но вы боитесь в этом сознаться, — медленно произнес он, тщательно подбирая слова, и приблизился к девушке.

Девушка нерешительно кивнула.

— И вы не желаете мне об этом сообщать?

Больше Виктория молчать не могла, её переполняли сомнения, и она с чувством произнесла:

— Аркадий Витальевич, я вас совсем не знаю! Что вы за человек, чем занимаетесь, что вас интересует и привлекает в жизни! Для меня вы полная загадка! И согласитесь, наше первое знакомство оставляло желать лучшего!

— Допустим, — лаконично бросил граф.

— Когда я спрашивала вас, почему вы оставили службу, вы мне тоже ничего не ответили! А ещё….

— Это уже становится интересно!

— Мне нужен честный разговор!

Казалось, ещё мгновение, и от отчаяния Виктория расплачется. Но она собралась с силами, её руки сжались в кулаки, и она смело посмотрела в глаза графа.

Тот ответил не сразу. Не смотря на хорошее освещение, Виктории так и не удалось прочитать по его лицу, о чем он думает.

Аркадий сделал ещё пару шагов и теперь стоял очень близко к девушке. У той перехватило дыхание, она впервые явственно почувствовала, насколько мужественным и красивым был граф Елистратов. Пресвятая Дева Мария, о чем она думает в такую минуту? Но сейчас ей чувства были обострены до предела, и происходящее виделось в ином свете!

— Не подходите ко мне близко, отойдите! — потребовала она, и её кулачки уперлись в грудь Аркадия.

Одна бровь мужчины вопрошающе поднялась к верху.

— Могу ли я предложить вам нюхательную соль или успокоительное средство?

— Аркадий, перестаньте!

Впервые Виктория назвала его просто по имени, и ему это понравилось. Единственное, что его не устраивало — интонация.

— Я вышел в отставку, потому что Его Императорское Высочество предложил мне службу при дворе!

Его слова прозвучали, как раскат грома среди ясного неба. Виктория растерялась, весь её пыл и нарастающее раздражение исчезли мгновенно.