Робкое дыхание (СИ)

Они вспомнили всё, и детство Виктории, и её невинные проказы, и те редкие месяцы, когда они были вместе.

— Я поговорила с Дмитрием Александровичем, и мы решили, что не уедем из России до тех пор, пока не состоится ваше венчание с Аркадием Витальевичем, — под конец сообщила Людмила Игнатьевна.

Виктория хитро прищурила глаза.

— А не стоит ли мне тогда отложить дату свадьбы на неопределенный срок?

— Я, кажется, ревную.

С этими словами Виктория вошла в спальню, где её муж, граф Елистратов, переодевался ко сну.

Аркадий удивленно приподнял брови.

— Виктория, сжалься, я не давал тебе повода для ревности! Я веду себя, как примерный семьянин.

— Дорогой, речь не о тебе! — Виктория подошла к нему, и он её обнял за талию.

Девушка пожала плечами и смущенно призналась:

— Я ревную Виталия к бабушкам и дедушки.

Поток словоизлияний Виктории прервал страстный поцелуй мужа.

— Любимая, я полностью с тобой согласен, ты ревнуешь! — Аркадий попытался сделать серьезное выражение лица, но его глаза смеялись.

— Виктория, разве это не прекрасно, что наш сын получает не только нашу любовь и заботу? Кажется, наши родители решили дать внуку, то, что в своё время не додали нам.

Виктория хотела возразить, но потом передумала.

— А ты прав…. И, знаешь, это не так уж плохо….

Аркадий усмехнулся и нежно поцеловал ушко супруги.

— Ты думаешь о том же, о чем и я?

— Раз наш ребенок занят с бабушками и дедушкой, то у нас с тобой появляется больше свободного времени! И чтобы Виталик не вырос избалованным, нам срочно следует заняться его сестренкой….

Аркадий подхватил Викторию на руки и закружил по комнате.

А где-то в глубине дома маленький граф Елистратов восседал на коленях у дедушки и внимательно слушал рассказ о его путешествиях.