Робкое дыхание (СИ)

— Прошу вас, продолжайте! Почему вы замолчали?

Глаза Аркадия недовольно блеснули, и он порывисто сказал:

— Вы желаете, чтобы я продолжил? Утром, при свете дня, я, возможно, и раскаюсь в своих словах, но сейчас я не в состояниях бороться и с вами и с собой! Я люблю вас, Виктория! Люблю так сильно, что сам боюсь своих чувств! Когда я сегодня вернулся домой, и ко мне подбежала испуганная Арина со словами, что незнакомый господин держит вас в библиотеке и очень странно прижимает, будто заслоняет себя, я почувствовал, что пропасть разворачивается передо мной! Я сразу понял, что это Болотов! Он был с вами на балу, и вы, руководствуясь непонятными действиями, решили пригласить его в дом! Это было безумие чистой воды! Мне следовало сразу догадаться, что вы не просто так весь вечер кокетничали с ним у Демьяновых! Но на балу, увидев вас в его объятиях, у меня возникли совсем иные чувства! Я ревновал! Ревность застлала мне глаза, и помутила разум!

Ни с чем не сравнимое счастье захлестнуло Викторию.

После пережитого ужаса, терзаний, сомнений, слова Аркадия стали её бальзамом, утехой и…верой на счастье.

— По вам не скажешь, что вы способны на ревность, — произнесла Виктория не своим голосом.

И снова Аркадий наградил её хмурым, сердитым взглядом.

Почему-то именно этот взгляд окончательно успокоил Викторию и развеселил. Она робко улыбнулась, и заметила, как Аркадий жадно посмотрел на её губы.

— Я тоже так думал! Но вы…. Я не собирался рано возвращаться домой, у меня были другие планы на вечер.

После того, как вы покинули Демьяновых, я приказал закладывать карету, намереваясь отправиться к друзьям. Но меня что-то остановило, удержало. Не иначе, как Провидение! Мне не пришлось по душе, что вы отправились домой с Болотовым! Извините, надежа на Людмилу Игнатьевну небольшая, и я из чувства собственника решил помешать остаться вам наедине!

— Я до конца жизни буду благодарна вам за это, Аркадий! Если бы вы не появились, я не уверена, что…, - голос Виктории снова её подвел, и она не закончила предложение, но её мысль была понятна и без слов.

— Теперь вы понимаете, почему я на вас сердит? Вы не имели права рисковать своей жизнью!

— Я не могла больше мучаться сомнениями! Мне необходимо было знать, кто напал на маменьку и причастен ли к этому Болотов! — ринулась в защиту Виктория, а у самой в голове звучали самой прекрасной музыкой его слова о любви! — Я сознательно его пригласила в библиотеку и оставила на некоторое время.