Онлайн-библиотека книг
– Я вас провожу, – решил профессор и накинул брезентовую куртку.
– Спасибо, но я сначала зайду за рассадой! Мне обещали каких-то цветов, которые везде растут. У меня клумба перед домом совсем облезлая.
– В Москве? – уточнил профессор.
– Здесь, в заповеднике, – объяснила Маня. – Я здесь живу уже довольно давно. Пишу роман. Ну, то есть делаю вид, что пишу.
– Не представляю себе вашей работы. – Он открыл и придержал перед ней дверь. – Что самое противное? В вашей работе?
Маня засмеялась.
– Самое противное, когда сидишь и ни слова не можешь из себя выжать. Ни одного! И не видишь героев! Как будто только что здесь были и спрятались. И вот сидишь и ждёшь, когда появятся, без героев роман не напишешь!
Он подумал немного и заключил:
– Нет, не представляю.
– И ещё есть два противных вопроса, которые почему-то всегда задают! Как вы начали писать и где вы берёте сюжеты!
– Почему это противные вопросы?
Маня всплеснула руками:
– Потому что на них нет ответов, только глупые! Писать я начала лет в шесть, как все дети.
– Вполне понятные, логичные ответы.
– Да, но спрашивают не об этом! Спрашивают о… чудесах, и приходится время от времени выдумывать всякую чепуху, как на меня находит озарение и всякое такое… А у вас? Что самое противное?"
"– Бумаги, – признался профессор. – Бесконечное количество. Бюрократия. Ну, и болваны. Пытаться научить болвана – гиблое дело.
– А интересное?
– Экспедиции, – тут же отозвался он.
– Такая полная дама в комбинезоне.
– Аделаида, – определил профессор. – Сейчас мы её найдём.
Следующий час писательница Покровская провела очень странно и весело. Ей вручили тачку и велели катить.
Профессор Шапиро и Аделаида, вооружившись крохотными грабельками и лопатками, бегали между длинных гряд, ровно, как по линейке, утыканных рассадой.
