Ромашка (СИ)

Пребывавшие наблюдателями элементали успели закрыться от волны магического отката, что возникла из-за смертей и битвы Покровителей, и превратились в ту самую Дюжину, которой теперь предстояло поддерживать баланс на небольшой территории Мира. А Равновесие стало в памяти людей Судьбой. Перепутались события и воспоминания стерлись. Естественный ход вещей вывернулся, искажаясь.

Битва, что не продлилась и двадцати минут, изменила все.

А обездвиженная, оглушенная и ослепленная Любовь осталась существовать лишь в своем сознании.

Наступила неестественная, звенящая тишина.

В ней слышны были только хрипы Ниэля.

Ниэль умирал.

Погруженный в свою стихию, что могла только оплакать и отпустить в последний путь.

Нила попыталась облегчить его страдания и поняла насколько она всего лишь призрак в старом воспоминании, едва ее руки прошли сквозь его тело, не останавливаясь. Поняла наявно, а не только осознала умом.

Она, вытирая слезы с глаз, стояла на коленях и смотрела, как пенится вода у проколотых легких Покровителя мореплавателей.

Полностью вложивший всю свою магию в тюрьму для Амиры, всесильный Покровитель стал едва ли ни беспомощнее новорожденного.

— Ну, нет! Тебя забирать не позволю даже Бесконечности. — Злой голос Ады разнесся под теми развалинами, что осталось от сводов храма.

И она принялась нараспев читать то же заклинание, что только что читал и Ниэль.

Юноша в ужасе открыл глаза, пытаясь что-то произнести непослушными губами, но Ада, глядя на него своими глазницами-провалами, все пела и пела, пока чернота не поглотила изувеченное тело Ниэля.

Нила поняла, что Смерть погрузила его в такой же плен, в какой только что он погрузил Покровительницу Любви.

Костлявая, страшная Смерть развернулась и вышла из остатков храма вместе с потоками воды, что, утратив связь со своим Покровителем, стала просто водой и стала вести себя, как и положено воде.

"Отойдя от выхода несколько метров, Ада и приняла свое обличье молодой красивой женщины. Из глаз ее текли слезы, губы дрожали.

Она взмахнула рукой и храм обрушился окончательно, погребая под собой двух скованных безвременьем Покровителей.

— Обещаю, что помогу вернуть жизнь этому миру! — Крикнула девушка срывающимся голосом.

И Мир ответил ей громом, холодным ветром, дождем и тоской, с пониманием собственной будущей безрадостной кончины.