Ртуть

Я открыла глаза, задыхаясь, и успела сделать лишь один вдох, прежде чем мой желудок вывернуло на грубый каменный пол теми несколькими кусочками тушеного мяса, которое я съела в таверне.

— Милорд, — произнес ошеломленный голос. — Боги. Мне очень жаль, но я ничего не приготовил. Мы понятия не имели!

— Все в порядке, Оррис. — Когда Рен заговорил, его голос доносился откуда-то издалека. — Спасибо. Возьми лошадей и позаботься о том, чтобы они были накрыты сегодня ночью. Перед рассветом станет намного холоднее.

— Да, я знаю.

Фишер вернулся. Он поговорит с нами завтра, я уверен. А пока, я думаю, будет лучше, если мы дадим ему немного времени освоиться. Если бы ты мог сохранить это в тайне до утра…

— Конечно, сэр. Конечно.

Мир накренился. Мой висок был холодным. Холодным, как лед. Я не сразу поняла, что лежу на земле, а моя голова покоится на твердом камне. Я смотрела, как Кингфишер уходит по длинному коридору — один, молча, с опущенной головой, — и поклялась всем, что у меня было, что заставлю этого ублюдка заплатить.

Я попыталась встать, но, когда приподнялась на локте, сводчатый потолок превратился в пол, поднялся вверх, опустился вниз, и к горлу подкатила новая волна рвоты. Меня вырвало во второй раз, и я захрипела, пытаясь отдышаться.

— О, Саэрис. Мне жаль. Вот, дай мне руку.

— К счастью, больше ты с этим не столкнешься. По какой-то причине врата действуют на нас только в первый раз, когда мы их используем. Большинство испытывает только легкое головокружение. Может быть, головную боль.

Для человека, похоже, все намного хуже. Мы не встречались с людьми очень долгое время. Мы многое забыли. Прости меня.

Рен напряженно вздохнул.

— Он не… такой, каким ты его считаешь.

— Ублюдок? Он определенно ублюдок.

Генерал слегка поморщился, когда я попыталась выпрямиться.

— Ты можешь ходить? О. Нет. Черт. Ты даже стоять не можешь. Ну… ладно. Все в порядке. Я тебя держу. — Нет ничего более недостойного, чем упасть в объятия мужчины, которого ты едва знаешь. Впрочем, я мало что могла с этим поделать.

Голова не переставала кружиться, и меня определенно снова тошнило. Я не смогла бы вырваться из его объятий, даже если бы попыталась. Я не издала ни звука, когда он поднял меня.

Мне казалось, что моя голова сейчас расколется.

— Подожди. Оникс. Где… Оникс?

— Не волнуйся. Он у меня. Он будет рядом, когда ты проснешься.

— Спасибо. — Я закрыла глаза, пытаясь дышать, когда Рен понес меня.

— Раньше он был добрее, — прошептал Рен.