Ртуть

 — Но у него внутри ртуть… Из-за этого ему трудно мыслить здраво. Это изматывает его. Он изнуряет себя, отгораживаясь от голосов. Это сделало его жестким. — Мне захотелось открыть глаза и посмотреть, какое у него выражение лица, но я не смогла этого сделать.

— Ты не должен… оправдывать… его.

— Где… — Я сделала глубокий вдох, — …он был?

— М-м? — Рен вопросительно промычал в ответ.

Наступила напряженная тишина. Долгое время ее нарушал лишь звук шагов Рена, отражавшийся от стен. Но потом он глубоко вздохнул, словно решаясь на что-то, и ответил:

— Я не могу тебе этого сказать.

Я не стала развивать эту тему. Мне было слишком плохо, чтобы говорить. Да и какая разница, где был Кингфишер? Он мог провести весь прошлый век в одном из тех деревьев в Плетеном лесу, это не имело значения. Тому, как он со мной обращался, не было оправдания. Никакого.

Я не знала, куда Ренфис Оритианский отнес меня. По пути я потеряла сознание.

— Мне не хочется щипать тебя, но мне становится скучно, а это бешеное животное продолжает показывать мне свои зубы.

Я лежала на облаке. Это был рай. Самое удобное облако, которое я когда-либо…

Я приподнялась и схватилась за бок.

— Черт! — Кожа чуть выше бедра болезненно пульсировала. — Что за… — Я замолчала, когда заметила рыжеволосого бандита, стоящего у изножья моей кровати. Нет, не моей кровати. Кровати. Теплой. Удобной. Широкой. Но не моей. Оникс сидел на ней, оскалив зубы на очень растрепанного Кэрриона Свифта, который держал руки поднятыми в знак капитуляции.

— Смотри! Смотри! Тсс, все в порядке. Она проснулась. Я не убивал ее. Перестань так остро реагировать.

— Если ты тронешь этого лисенка, я сдеру с тебя шкуру, — прорычала я в ответ.

Светло-голубые глаза Кэрриона встретились с моими, полные притворной обиды, которая была мне более чем знакома.

— И тебе привет! Что это за приветствие? Да еще и после того, как нас жестоко разлучили на несколько недель.

Я откинула одеяло и вскочила с кровати. В мгновение ока я прижала Кэрриона спиной к стене и гневно ткнула пальцем ему в лицо.

— Тебе повезло, что я не выбила твои гребаные зубы, — огрызнулась я. — Какого черта ты соврал Фишеру, что ты Хейден?

Руки вора все еще были подняты. Он посмотрел на указательный палец, которым я тыкала ему в лицо, и ухмыльнулся, словно задаваясь вопросом, что я собираюсь с ним сделать. И сразу ответил:

— Ты должна благодарить меня.