Ртуть

Остальные, должно быть, были спрятаны подальше.

Я бросила кольцо обратно в сундук.

— Мы будем ковать из них мечи? — В Зилварене серебро было слишком податливым, чтобы ковать из него оружие, но, возможно, кузнецы фей придумали как закалить мечи, чтобы сделать их тверже. Возможно, они добавляли в них магию. Возможно…

Мои мысли замерли, логическая цепочка погибла жалкой смертью, когда я поняла, что Кингфишер снова ухмыляется. Это не предвещало ничего хорошего.

— Мы можем использовать любую реликвию в случае необходимости, но реликвии действуют лучше всего, когда сделаны из предмета, важного для их владельца.

Это фамильные кольца воинов, которые сражаются за меня. Каждое из них имеет большое значение для мужчины или женщины, которому оно принадлежит. Ты возьмешь каждое из этих колец и превратишь в реликвию.

— Годы, я уверен. Но не волнуйся. Нам не нужны красивые украшения. Ты переплавишь кольцо, трансмутируешь его свойства, чтобы оно защищало владельца от ртути, а затем отольешь из него что-нибудь простое, вроде этого.

Он подцепил пальцем цепочку и достал кулон, который носил на шее. — Если на кольце есть камень или какая-то гравировка, ты найдешь способ вставить ее в медальон, который сделаешь. В остальном все может выглядеть незамысловато.

— Клянусь, я освобожу тебя и позволю тебе и Кэрриону вернуться в Зилварен, как только ты сделаешь достаточно реликвий для моего народа. Разве это не то обещание, которое ты заставила меня дать?

— У меня пятнадцать тысяч воинов, малышка Оша.

Чтобы иметь достаточно реликвий для моего народа, мне нужно пятнадцать тысяч колец. Когда ты закончишь, я освобожу тебя от клятвы и отведу к ближайшему порталу, чтобы ты могла отправиться домой. А пока… — Он посмотрел на сундук, полный колец.

В мерцающих глазах Фишера не было ни капли сочувствия.

— Тогда тебе лучше приступить к работе.

У Кингфишера были книги, написанные алхимиками до того, как все они вымерли. Стопки, множество стопок. Им было много веков, и пергамент истлел.

Многие из них были написаны на древнем языке фей. Я почти ничего не понимала из текста, а значит, они были практически бесполезны. Когда я спросила его, как я смогу почерпнуть из них полезную информацию, если никому из его сородичей это не удалось, он пробормотал что-то о том, что я должна проявить изобретательность, и скрылся из кузницы в облаке черного дыма.

В полдень на верстаке откуда ни возьмись появилась тарелка с едой.