К счастью, Ной тоже это понял и не стал больше ничего комментировать.
– Отличное занятие! – сказал он медленно.
– Да, это точно! Банши освобождают больных от страха смерти, понимаешь? Но они могут и напугать. Крик банши используют как наказание для злых людей или как оружие. – Как только я это произнесла – сразу же пожалела. Ведь Ной, конечно, тут же спросил, что это за крик, и глаза банши мгновенно наполнились светящимися слезами. – Нет, Рози! – крикнула я, но только усугубила ситуацию.
– Я позор всех банши, фей смерти! – сказала она.
– Но это же глупость, ты ведь сама знаешь! – ответила я, но ничего не изменилось. Розалин уже упала на пол и зарыдала, уткнув голову в колени.
– Давай оставим её в покое, – шепнула я Ною. – Бедняжка давно не поёт предсмертных песен. Наверное, она слишком слаба. Это её очень злит, потому что у неё есть шесть абсолютно жутких сестёр. Она целым днями упражняется вместе с ними, но без особого прогресса.
– Понятно, – пробормотал Ной.
Розалин от плача начала сильно икать, вздрагивая всем телом.
Её слёзы светились в темноте. Я как раз хотела изобразить испуг, чтобы её утешить (возможно, Рози думала, что от её крика у меня мурашки бегут по коже), но с другого конца домика раздался голос Наны:
– Руби, ты не могла бы подойти? Боюсь, у нас проблемы.
Глава 13
Возвращение к морю
Мне даже не нужно было видеть лицо бабушки, чтобы понять, что она сейчас крайне встревожена. Я сразу же побежала к ней, и Ной пустился следом. Мы увидели Нану растерянно стоящей перед ванной, рядом со столом для осмотров.
Обычно мы моем в этой ванне новых пациентов – маленьких неряшливых волшебных существ – сразу после их поступления. Теперь в ней, обхватив руками колени, сидел шелки. Его большие синие губы скривились в большом горе.
– Я дала ему немного успокоительного и ещё кое-что, чтобы он пришёл в себя, – сказала Нана. – У него уже должно быть достаточно сил для превращения, но почему-то это не срабатывает.
– А ты можешь что-то сделать? – спросил Ной."
"– Я? Не уверена, что получится… – Немного сомневаясь, я всё-таки встала на место бабушки.
Мне было неловко оттого, что все смотрят на меня и ждут от меня чуда. Но если мне так тяжело – то каково же малышу? Я медленно опустилась на колени и придвинулась поближе к шелки. От него шёл свежий солёный запах и немного пахло рыбой – совсем как от моря. – Я понимаю, что ты боишься, – сказала я ему по-ирландски, – ты не знаешь, что нужно делать, и поэтому очень волнуешься.
