Руина

И вы повиновались ей? Очнитесь, ослепленные сатанинской силой! Вы служили врагу рода человеческаго и дщери самаго ада. Спасайтесь, пока еще сатана не завладел вашими душами! Да снимет этот крест с очес ваших ведьмовския чары, да освободит от колдовства и заговора ваши сердца! Будь проклята искусительница!

Как подрезанный косой полевой мак вздрагивает всем стеблем и тихо клонит свою головку к земле, так вздрогнула, покачнувшись, Марианна… Но Андрей успел подхватить ее, бездыханную, на свои могучие руки и с вызывающим взором повернулся к толпе…

А толпа, наэлектризованная суеверно–фанатической злобой, уже готова была броситься на несчастную… Но в это мгновение послышались выстрелы с тыла…

А с высоты башни раздался крик: «Помощь! Полковник Рославец ударил! Громи эту рвань!.

.» Священник с процессией мгновенно возвратились в крепость, а с валов и стен ее загрохотали орудия.

В то время когда в Левобережной Украйне происходили эти бурные события, в Чигирине все было счастливо и спокойно.

В Москве посольство Дорошенко приняли весьма благосклонно, и даже дали ему надежду на возможность принятия Правобережной Украйны. Надежда эта тем более укрепилась в сердцах Мазепы и Дорошенко, что между Москвой и Польшей отношения за последнее время обострялись все больше и больше.

Этому обострению чрезвычайно способствовал Мазепа: он посылал беспрерывно в Москву перехваченные в Польше книги, в которых были напечатаны чрезвычайно оскорбительные для Москвы речи.

Он постарался выставить перед Москвою посольство поляков к Ханенко, как явное желание нарушить Андрусовский договор и унизить Москву. Словом, он пользовался всяким случаем, чтобы вызвать в Москве раздражительное отношение к Польше, и наконец его долгий настойчивый труд увенчался успехом.

Никогда еще Мазепа не испытывал такого душевного торжества.

Его прозорливый ум уже давно предугадывал, что нельзя было ожидать какого-либо благосостояния и свободы для страны, подчиненной власти Турции.

Всеми силами своей души старался он отклонить Дорошенко от этого страшного союза. И вот наконец ему удалось преодолеть самые тяжелые препятствия и повернуть колесо политики: Москва готова была разорвать мирный договор с ляхами и принять Украйну под свой протекторат.

Опасность немедленного вторжения в пределы Украйны ляхов и Ханенко была также устранена благодаря смелому поступку Марианны.